Книга Удивительные истории об искусственном интеллекте, страница 129 – Александр Прокопович, Елена Гнядек, Анна Рогова, и др.

«Слепыми быть легче!»

Легче? Я смотрю на мир пять минут и все еще не сошла с ума. Дрожащими пальцами нашариваю радиометр, нажимаю на кнопку сбоку. Цифры расплываются, но я отчетливо слышу: «Уровень излучения на сегодня: 0,2. Оценка: опасности нет».

Не может быть! Или может?

– Келеборн! – зову я отчаянно. – Дима, помоги! Элен силла лумен оментильво, – прошу, вглядываясь в зеленую арку.

И помощник оживает.

«Я ждал тебя, Света, – говорит он. – Я здесь. Ты только не закрывай глаза».

Я поспешно киваю и коротко сглатываю – перехватывает горло.

«Мы здесь. Излучение давно исчезло. Жаль, я поздно об этом узнал. Но успел написать ключ – он остановит помощников, и люди смогут открыть глаза. Ты поможешь мне?»

Я киваю, глаза слезятся – солнце слишком яркое. Глажу наушник.

– Но как же ты… почему ты… разве ты не…

«Меня нет. Но я с тобой. Помнишь, где мы на свадьбе закопали „секретик“»?

Конечно, я кидаюсь проверять и пачкаюсь во влажной земле. Конечно, ранюсь о край зеленого стекла, под ним флешка, обернутая в ткань. Смаргиваю соленое.

По ткани, зашифрованные вязью квэнья, бегут строки программного кода.

Ничего в этом не понимаю. Но найду тех, кто поймет.

Найду и буду бороться. Во что бы то ни стало.

– Обещаю, – шепчу я. – Обещаю, я открою глаза.

Голосовой помощник молчит.

Я смотрю на реку и решительно сжимаю перепачканную в земле черную с серебром ленту.

– И что, прямо разговаривать с ней можно будет? – Евгений осторожно провел сухой тряпкой по приборной панели и поправил квадратную оправу съехавших к кончику носа очков.

– «Дверь», разумеется, не расскажет историю Римской империи, но охотно поделится данными о погоде и о расположении ближайших столовых. – Алина потом еще долго спрашивала себя, зачем заговорила с уборщиком, и с подозрением вспоминала, что от него на удивление хорошо пахло.

Несмотря на название, «Дверь» выглядела как огромная арка из металлического сплава со встроенной панелью программирования для искусственного интеллекта – единственным уязвимым местом, за сохранность которого отвечали программисты. Компания разработала множество арок, которым предстояло разрушать квантовое состояние в точке отправления и воссоздавать в точке приема, а с координатами перемещения помогал искусственный интеллект, нареченный «Дверью».

Эксперименты с квантовой телепортацией начались пару месяцев назад, а предшествовал им длительный период создания механизма перемещения. Порой возникало впечатление, что в корпорации трудились пчелы, а не ученые, но, если бы вы спросили Евгения Витальевича, единственного уборщика на восемьдесят восемь этажей стоящих друг к другу маленьких офисов, он бы с уверенностью ответил, что у него едва ли набирается два мешка мусора за день. Программисты предпочитали не пускать Евгения в кабинет, но иногда, например, как сегодня, Алина Романовна просила помыть полы и протереть пыль. Был ли это суровый женский расчет, но Евгений, получив деликатную просьбу в конце рабочего дня, воспользовался возможностью на следующий. И помылся с утра.

Алина была чуть ли не единственной женщиной, контактирующей с окружением, ее коллеги предпочитали вести работу за закрытыми дверьми. Однако это была лишь одна из многих причин, по которым невысокий мужчина, зачесывающий лысину длинными прядями волос, питал к ней настоящую страсть. Он готов был кричать всему миру: «Алина Романовна, я люблю вас!», но пока что об этой тайне знал только блокнот из девяноста шести листов в клеточку, лежащий на прикроватном столике у него дома.