Онлайн книга «Удивительные истории об искусственном интеллекте»
|
– На складе. В ближайшее время сюда никто не должен… – Где… ваши ботинки? Уголки губ на застывшем лице незнакомца синхронно поднимаются вверх. Он переводит взгляд на собственные босые стопы и шевелит пальцами ног. – Ими пришлось пожертвовать. – Почему? – Я бросил обувь в реку. Чтобы нас искали там, а не здесь… Сесть сможешь? – добавляет он с вежливой фамильярностью. – Хотя бы попробуй. Дина отводит локти от корпуса, откидывается на спину, выбираясь из распадающегося брезентового кокона, – и расплачивается за попытку мучительной болью. Словно кто-то насыпал ей в легкие битое стекло, и теперь оно режет ее изнутри при каждом движении. – Я помогу, – склоняется над ней мужчина. Она опирается на протянутую ладонь. Перед глазами все плывет. – Пей. – Мужчина садится перед ней на корточки и подносит к ее губам уже откупоренную бутылку с голубой этикеткой. Вода касается пересушенных губ, успокаивает саднящее горло, проскальзывает по пищеводу… – Почему вы мне помогаете? – Больше было некому. – В уклончивом ответе звучит фальшь, и мужчина добавляет, словно оправдываясь: – Тебя чуть заживо не сожгли. Дина прикрывает глаза. – Может, я это заслужила. * * * Рубцов мерил шагами палату. Метался от кровати к двери, от двери к окну и обратно, едва ли замечая собственное беспорядочное перемещение и то и дело натыкаясь на расставленные приборы. Имплант в мозгу испытуемой был размером с пятирублевую монету, а сопряженное оборудование занимало половину комнаты. Наконец он остановился у изголовья постели. Пациентка давно не выглядела умирающей. Косо пересекавший шею шрам от ожога побледнел. Волосы на некогда обритой голове отросли и рассыпались по подушке, обрамляя бледное лицо темным ореолом. Рубцов перевернул опутанную трубками и датчиками руку. Коснулся запястья, где под выцветшей татуировкой – вписанным в круг луны волчьим профилем – бился пульс, и провел отросшим ногтем черту до большого пальца, по старинке проверяя рефлексы. Вскинул взгляд на глазок мигающей зеленым датчиком камеры и потребовал: – Руби, выведи текущую информацию об объекте ноль-один на главный экран. – Приветствую вас, Игорь Дмитриевич! – моментально откликнулась Руби. На занимающем большую часть стены плоском мониторе загорелись желтым значки папок. – Руби, отчет о состоянии центральной и периферической нервной системы в динамике за неделю, сутки и последние десять минут посекундно. Рубцов внимательно вглядывался в разворачивающиеся перед ним столбцы цифр, диаграммы, таблицы, время от времени что-то записывая в планшете. – Невероятно, – пробормотал он себе под нос. Чуть позже он запустит прогностический анализ, но и без него ясно, что Руби – и его отдел – совершили прорыв в области высокотехнологичной медицины. Дина Волкова, поступившая в институт с заключением «смерть мозга», готова была проснуться в любой момент. А дальше – судьба научно-исследовательского проекта зависела от ее воли. Которая вполне могла оказаться недоброй. В отчетах все выглядело гладко: Руби воздействовала непосредственно на центры восприятия, тем самым не давая им отмирать, восстанавливала работу нервных окончаний, поддерживала старые нейронные связи и создавала новые. На практике мозг оказался поврежден слишком сильно. Когда-нибудь, когда им позволят работать с пациентами, только вошедшими в коматозное состояние, Руби будет навевать им золотые сны о счастливом детстве. Чтобы запустить разум Дины Волковой, потребовались стимулы посильнее: стресс, потаенные страхи, боль, имитация травмирующих психику и тело событий. В качестве отправной точки Руби использовала всю имеющуюся об испытуемой информацию и погрузила ее разум в оживший кошмар. Да и с юридической стороной вопроса дело, к сожалению, обстояло не так чисто, как уверял Рубцов высокое начальство. |