Книга Удивительные истории об искусственном интеллекте, страница 72 – Александр Прокопович, Елена Гнядек, Анна Рогова, и др.

Разговаривать Артёму не хотелось, и чуткий Ной переключился на звонок, но потом мягким голосом предложил:

– Артём, может, лучше все-таки побеседуешь сам? – Он вывел на экран фотографию Артёма и смеющейся миниатюрной девушки с большими карими глазами. Они стояли у кофе-машины в офисе Корпорации. Девушку звали Дарья Ильина, она была руководителем отдела тестирования.

– Даша звонит? – уточнил Артём.

– Даша, – с легкой заминкой подтвердил Ной.

– Все в порядке? – встревоженно поинтересовался Артём, с трудом подавляя желание отключить линию звонка.

– Она хочет поговорить о Промеритиуме, – спокойно сказал Ной. И добавил: – Артём, я с тобой.

Артём кивнул. Появилась голографическая проекция девушки. Геометрическая стрижка с выбритыми полосками, большие карие глаза.

– Даша сильно встревожена, – пояснил Ной.

– Артём! Артём, наш отдел подтвердил безопасность программы, – начала она. – Ты знаешь, что Промеритиум успешно прошел все тесты, но сейчас я… – Едва заметная секундная рябь подернула изображение Даши. Девушка улыбнулась: – …и сейчас я убеждаюсь еще раз, что все идет отлично! Как тебе презентация? Внезапная импровизация Макса Аша превзошла все ожидания! Поздравляю!

Артём кивнул, и Даша отключилась.

– Ной, видишь, все хорошо! – сказал Артём, чувствуя, как напряжение постепенно спадает, и мысленно уговаривая себя поверить ее словам. Но внутри по-прежнему жило ощущение какой-то неправильности, которое он пытался игнорировать.

Снова заговорил Ной:

– Артём, звонит брат Даши, его имя – Влад. Я немного пообщался с ним, ему нужен ты… он хочет сказать кое-что про Дашу. Я буду с тобой, Артём, – добавил быстро Ной. – Я всегда рядом. – Его голос звучал как-то особенно тепло.

– Да, будь здесь, – пробормотал Артём.

На экране появилось лицо подростка лет двенадцати – волосы у него были всклокочены, а глаза бегали туда-сюда, не фокусируясь ни на чем.

– Артём, привет, я… я Дашин брат, Влад, – отрывисто, чуть ли не по слогам выкрикнул он, закусывая губу. Голос мальчика дрожал и иногда срывался, как будто каждая фраза требовала невероятного усилия. Он теребил что-то за кадром – может, край своей футболки – и не смотрел в камеру.

Артём уставился в экран, его пальцы застыли на клавиатуре. Слова Влада были слишком резкими, будто резали воздух. Но Артём не мог просто взять и отключиться. В этих отрывистых фразах он слышал себя.

Кликнув мышью, Артём ненадолго выключил микрофон.

– Ной, он такой же, как я… у него аутизм.

– И ты сможешь понять его лучше, чем кто бы то ни было, – тихо ответил Ной.

Артём вернулся к звонку, испытывая совсем новое для себя ощущение: он будто стал этим мальчиком. И сочувствовал ему.

– Влад, что случилось? – мягко спросил он, изо всех сил стараясь говорить как можно спокойней, подражая интонациям Ноя.

– Даше плохо, она закрылась в комнате… а мне страшно, я ей кричу – мне страшно! Даша сказала, что это Промеритиум! Он ее мучает, чтобы я звонил Артёму… – Влад громко заплакал. Он плакал, как будто ему года три, – широко открывал и кривил рот, из глаз ручьями текли слезы. Ной мгновенно сгладил шум и картинку. Сердце Артёма зачастило, руки задрожали, но при этом он впервые в жизни знал, как повести себя с другим человеком. Знал, что должен помочь, и это было сильнее страха выйти из собственного замкнутого мира.