Книга Удивительные истории про собак, котов и даже хомяков, страница 17 – Наталья Щерба, Катя Матюшкина, Анна Зимова, и др.

Папа кивнул.

– Я бы тоже так поступил, – добавил он. – А видеться ты с ней всё равно часто будешь.

– Только не знаю, правильно ли передаривать подарки, – вздохнул я. – Вдруг дядя Боря обидится?

– Думаю, нет, – улыбнулась мама. – Позвони ему.

Я ушёл в свою комнату и позвонил дяде Боре. Под конец задал тот самый вопрос, про подарки.

– Племяш, ну ты что! Конечно, дари Юки Мишане. Я-то точно не обижусь, – воскликнул дядя Боря. – Мужская дружба – это святое. А про «передаривать» – это всё условности.

– Условности? – не совсем понял я.

– Потом объясню! На выходных тогда идём в кино!

Юки плавала в банке и – как мне показалось – вопросительно смотрела на меня. Я вздохнул, постучал по стеклу:

– Теперь у тебя будет новый хозяин. А я буду приходить!

В носу у меня опять предательски защипало, и в горле застрял комок. Я сглотнул и громко крикнул:

– Я к Мишке!

Закрыл банку крышкой, укутал в плед, поставил в высокую сумку и отправился к другу.

В одной городской квартире жил кот. Что бы с ним ни происходило, он чувствовал себя несчастным, даже если это было что-то хорошее.

Например, хозяйка каждый день наливала ему в миску свежую кипячёную воду. Но кот пил из-под крана, или из унитаза, или из хозяйской чашки. Откуда угодно, но только не из миски.

– Это некрасивая миска! – кричал он, опрокидывая миску на пол. – И невкусная вода!

Хозяйка не понимала кошачий язык.

А кот, между тем, чувствовал себя очень несчастным.

Стараясь угодить, хозяйка купила коту уютный домик. Но кот сидел в картонной коробке из-под домика, или в обувной коробке, или в пакете из магазина. Где угодно, но только не в домике.

– Я бездомный! – плакал он, зарываясь в пакет.

Хозяйка всё равно не понимала, и кот чувствовал себя очень несчастным.

Хозяйка положила на свою кровать подушку для кота.

Но кот спал у хозяйки на животе, или на ногах, или на голове. Где угодно, но только не на подушке.

– Сама-то ты заняла лучшую половину кровати, а мне оставила худшую, – ворчал кот, укладываясь хозяйке прямо на лицо всем своим толстым пушистым телом. – Что ты там бубнишь в своё оправдание? Ничего не разобрать.

Он чувствовал себя очень несчастным почти всё время.

Вместо травы, которую хозяйка вырастила для него в горшке, кот жевал комнатные цветы. Вместо когтеточки драл когтями диван. Вместо кошачьего корма таскал сосиски и жареную курочку из хозяйской тарелки.

А иногда случалось и так, что кот говорил:

– Этот лоток… он вроде бы чистый и полон свежих опилок. Но я не хочу в него пи́сать!

И пи́сал мимо. И чувствовал себя, конечно, очень несчастным.

По ночам, когда уставшая хозяйка спала, кот скакал по квартире и орал во всю глотку:

– Я несчастен! Как я несчастен здесь! Это не та вода, не та миска, не тот домик, не та подушка! Не та хозяйка, в конце концов!

Наступило лето, и кот с хозяйкой переехали на дачу.

Дача, конечно, была не та. И, конечно, кот чувствовал себя очень несчастным из-за этого.

В погожий тёплый денёк он вышел в огород и разлёгся в тени под кустом, щурясь на солнце.

Вскоре кот заметил длинную вереницу рыжих лесных муравьёв. Они шагали друг за другом, с трудом волоча хвойные иголки и кусочки веток.

– Первый! Второй! – кричал старший муравей. – Левой! Правой!

Кот смеха ради преградил им путь лапой. Муравьи обогнули лапу и как ни в чём не бывало продолжили путь.