Книга Дневник-оборотень и другие истории из чёрного портфеля, страница 2 – Екатерина Земляничкина, Анастасия Безлюдная

– Похоже, работает шаманский рисунок. Я на все вопросы ответил.

– А я говорил! – Лёвка пихнул меня в плечо. – Не зря же к шаману этому все приезжают!

– А на диктант, интересно, подействует? – спросил я. – Русичка сказала, в понедельник диктант будет.

– Конечно! – кивнул Лёвка. – Правда, шаман говорил, что за удачу нужно платить кровью какому-то кровавому пауку. Но мы же с тобой не верим в эту ерунду!

Я согласился. Я и в шамана-то не очень верил, если честно.

После уроков мы с Лёвкой пошли ко мне домой. Завтра выходной, и родители разрешили Лёвке переночевать у меня.

Мы сделали бутерброды с сыром и колбасой и до вечера, пока не пришла мама, играли в приставку.

– Что-то вы бледные, мальчики, – покачала головой мама, когда заглянула к нам в комнату.

Я отложил джойстик и посмотрел на Лёвку. Он показался мне каким-то не просто бледным, а даже зеленоватым. И глаза! В них словно красную сетку нарисовали.

– У тебя паутина в глазах, – усмехнулся я. – Кровавый паук уже идёт за тобой!

– На свои посмотри! – фыркнул Лёвка. – Сам как вампир.

– Сколько вы уже играете? – нахмурилась мама. – Выключайте и пойдёмте ужинать.

Мы с Лёвкой вздохнули и поплелись за мамой на кухню.

– Что вы всё время чешетесь? – спросила она, когда мы уселись за стол. Мы и правда чесались без остановки. Кожа вокруг знака удачи покраснела и зудела так, что хотелось соскоблить её ногтями. Мама посмотрела на наши руки и нахмурилась.

– Ну-ка марш в ванну руки мыть! – её голос прозвенел на всю кухню и даже долетел до коридора.

Мы покорно вышли из-за стола и пошли в ванну.

– С мылом! – донеслось нам вслед.

Включив воду, мы стали намыливать руки. Рисунок под пеной словно ожил. Мне даже показалось, что глаз в треугольнике несколько раз моргнул. Руку ужасно защипало, и она начала ещё больше чесаться.

– Что-то не отмывается, – пробормотал Лёвка и снова намылил руки.

Мы, кажется, намыливали руки раз десять. Но оттереть знак удачи не удалось. Он стал только чуть-чуть светлее.

– А шаман не говорил, как его смывать? – спросил я у Лёвки, когда мы вышли из ванной.

– Не знаю, – вздохнул он. – Я только про удачу и кровавого паука запомнил. А потом мама сказала: «Пора спать» и отобрала у меня телефон. А утром видео исчезло. Как будто его и не было.

Руку стало странно покалывать. Я посмотрел на знак. Вокруг нарисованного глаза появилась красная паутина.

– Смотри, – я показал Лёвке ладонь.

– У меня такая же. – Он почесал знак удачи.

Мама накормила нас ужином и сказала ложиться спать. Мы пошли в мою комнату, выключили свет и легли в кровать. Я лёг у стены, а Лёвка с краю. Он лежал на спине и без остановки чесал разрисованную руку.

– У тебя тоже чешется? – спросил я.

– Ага, – прошептал Лёвка. – Горит прямо.

Мы лежали рядом и чесались как сумасшедшие. И вдруг Лёвка замер.

– Ты видишь это? – спросил он и вытянул руку вверх.

Я посмотрел на карниз под потолком, куда указывала Лёвкина рука, и по спине побежали мурашки. На фоне белого потолка на карнизе сидел огромный чёрный паук. Он вытянул мохнатые лапы и медленно пополз в нашу сторону. Лёвка вскочил с кровати, споткнулся и с грохотом упал на пол. Дверь в комнату тут же распахнулась, на пороге показалась мама. Она щёлкнула выключателем, и мы зажмурились, ослеплённые ярким светом.

– Что у вас случилось? – удивлённо спросила она, глядя на лежащего на полу Лёвку.