Книга Всеслава, страница 61 – Тина Крав

— Думаю тебе не помешает на это посмотреть, — ехидно улыбаясь, подошедший Услад, подхватил ее и усадил, прислоняя к дереву спиной, — думаю тебе будет над чем подумать.

Слава бросила на него презрительный взгляд, на что тот лишь ухмыльнулся и направился к капищу. Сопротивляющегося и вопящего пленника приковали цепями к столбу, сорвав с него всю одежду. Те, кто называл себя волкодлаками, выстроились кругом столба, ожидая начала жертвоприношения. Серые, накинутые на плечи шкуры и волчьи маски навевали еще больший ужас на жертв. Слава закусила губу, когда волхв поднял руку и под монотонные странные песни началось медленное движение по кругу. Через определённое количество шагов, каждый из бойников подскакивал к беспомощной жертве,вонзая в ее тело острозаточенный, сверкающей в пламени костра нож, напоминающий коготь животного. Слава закрыла глаза, чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу, а в голове все мутнеет от ужасающего душу зрелища. Однако она не могла заткнуть уши и дикие безумные крики жертвы разрывали ее пополам. Не в состоянии справиться с дурнотой, девушка повалилась на бок, молясь Перуну облегчить страдания несчастного и покарать тех, кто так беспощаден и безжалостен. Думать о том, что ее саму грядущей ночью ждут подобные страдания она не могла. Лежа на боку, на земле, закрыв глаза и слушая предсмертные хрипы, она пыталась развязать связывающие ее путы, но это было невозможно. Однако сдаваться девушка не хотела. Если уж умереть, то только не от рук этих извергов. Но видимо Долюшка сегодня решила отвернутся от нее, передав клубок ее жизни своей сестрице. Услышав приближающиеся осторожные шаги по мокрой земле, Слава открыла глаза. Волхв подошёл к ней, сверкая на нее мрачными затуманенными от дыма глазами из-под темной волчьей пасти.

— К столбу ее!

— НЕТ! — Слава сопротивлялась изо всех сил, пытаясь вырваться, но ее волокли к столбу, на котором еще висело мертвое тело ее недавнего товарища по несчастью. Ужас обуял ее, придавая силы к сопротивлению. И стоило им развязать ее, как девушка, оттолкнув от себя бойников и, не обращая на боль в затекших ногах, бросилась прочь. Ей наперез высочило несколько волкодлаков, бесцеремонно схвативших ее и вновь потянувших к капищу. Она брыкалась и кусалась, извиваясь, как уж, не давая привязать себя к столбу, с которого уже сняли труп, который теперь валялся на земле у ног с вывернутыми наружу внутренностями. Крики и визг распугали ночных птиц, которые вихрем взлетели вверх. Где-то далеко раздался одинокий вой волка. Ее приковали к столбу, лишив движения. Волхв, не отводя от нее взгляда начал читать какие-то заклинания, медленно приближаясь к ней. Слава презрительно смотрела на него, борясь с дурнотой. Запах крови вызывал рвотные позывы, заставляя желудок выворачиваться на изнанку. Девушка старалась не смотреть на зверски замученного парня, сосредоточившись на безумном взгляде волхва. Нет, это не только от костра, поняла она, явно каких-то отваров напился, что стал столь безумен. Протянув руку, он рванул на ней бечевку, стягивающую ворот.Недолго думая, она наклонила голову, мгновенно вонзившись зубами в его волосатую лапищу и прокусывая ее до крови. Волки, значит? Покажу я вам как волчица до последнего бьется.