Книга Всеслава, страница 74 – Тина Крав

— Но я… — начала было Слава, но Верислав покачал головой:

— Что я тебе только что сказал? Подмечай, да не болтай. В свое время сама все поймешь.

Слава кивнула. Ладно, так и сделаем. Она уже обернулась, собираясь уходить, но все же решилась задать вопрос:

— А как вы умудряетесь меня поднимать? Искро, ты… Я ведь немало вешу…

Раскатистый смех прокатился над избами.

— Ох, девонька, и забили тебе головушку кумушки ваши. Возможно, ты и не так стройна, как твои сестрицы, но и не толстушка. Все в тебе в меру. Да и потом, потаскала бы ты на себе кольчужку да все снаряжение, поняла бы, что ты — легонькая, как перышко. Так что выбрось дурные мысли. Беги, а то Искро наш искать тебя пойдёт.

Слава кивнула и побежала к избе. Ладно, некогда ей сейчас над всем размышлять. Потом подумает. Сейчас надо с Журавушкой поговорить. Пробежав через двор, взлетела на крыльцо, толкнув дверь в сени.

— Слава? — вскинул голову отец, — что ты дурная носишься? Муж-то твой где?

— Там, — она неопределенно махнула рукой куда-то в сторону, — Жура где? Поговорить надобно…

Ее отец, прищурившись посмотрел на нее и ухмыльнувшись почесал бороду.

— Степняк твой тебя надоумил? Добро. Корову доит, Жура.

Слава кивнула и развернулась, чтобы уйти, но остановилась и посмотрела на отца через плечо.

— Его Искро звать, тятенька. Не степняк.

Оставив отца в растерянности,Слава снова выскочила во двор. Однако сестрицу нашла в амбаре, где та зерно для цыплят набирала.

— Жура…

Ее сестра вздрогнула и медленно обернулась. Слава шагнула к ней, видя испуг в ее глазах.

— Я поговорить пришла, — тихо проговорила она.

Жура кивнула и поставила глиняную миску с зерном на мешок. Она вся была напряжена, как струна и старалась не смотреть на сестру.

— Я тоже хотела, — тихо сказала она, — да боялась ты не захочешь… После того, что я наговорила.

— Жура, зачем ты так? Мне так больно было…

— А мне? — вскинулась Жура, — Мне думаешь не больно? Ты только о себе и думаешь! А я уже второе лето просватанная, а тятенька замуж не пускает. Когда тебе жениха нашли, я обрадовалась. А он не по нраву тебе оказался…

— А тебе бы по нраву было, коли на моем месте оказалась? Ты то вон с Богумиром своим с детства росла. Знаете друг дружку. А я жениха своего в глаза не видывала.

Журавушка отвернулась и вцепилась руками в мешок. Слава нахмурилась, чувствуя, что здесь что-то не так. Шагнула к ней, осторожно, положив руку на плечо.

— Жура, ты чего?

Ее сестра неожиданно всхлипнула и обернувшись прижалась к ней, обхватив руками.

— Понесла я, Славка. Не сдержались мы с Мирушкой. Думала скрою все, коли на Любомир этот пойдём. Теперь до осени ждать. А там все уже знать будут…

Слава стояла, как громом пораженная. Как же так?

— Подожди… Ведь Купала только закончилась, тебя никто не осудит… Хотя… Ты еще не можешь знать… — голос Славы постепенно затихал, по мере того, как до нее стало доходить, что произошло.

— Так вы не на Купала, — обречённо прошептала она. Жура всхлипнула и отвернулась.

Слава присела на ближайший мешок. О матушка Макошь, что же теперь делать?

— Богумир говорит, что бежать нам надобно. А там дождаться осени и уже благословения богов просить. Но обратно тятенька нас не примет. Прости, Слава. Я правда зла тебе не желала. Так случилось… С языка поганого сорвалось.