Книга Тыквенный переполох. Бабуля на отборе, страница 27 – Дита Терми, Эя Фаль

Я раскрыла переплёт и положила книгу на огонь. Сухая бумага вспыхнула быстро, края почернели, витиеватые буквы растворились в жарком пламени. Я сидела и смотрела, пока не осталась лишь горстка пепла.

Теперь-то я – это я. Маргарита Саввишна, попавшая в сказку. А прошлое Мариетты… пусть останется её тайной. У меня теперь своя история, свой дракон и своя, новая жизнь, которую я намерена прожить на полную катушку.

Последнее утро перед решающим испытанием началось не с лучей солнца, а с густого серебристого тумана. Он тяжелыми волнами перекатывался через башни замка, окутывая всё вокруг плотной пеленой и превращая реальность в зыбкое сновидение.

Нас, оставшихся претенденток, повели на самую высокую открытую террасу. Девушки испуганно перешептывались, называя это место Когтистым Утёсом. Название оправдывало себя: терраса, вырубленная прямо в скале, казалась хищным выступом, замершим над бездной. Камни под ногами были влажными и ледяными, а за невысоким парапетом не было ничего, кроме пустоты и серого марева.

Здесь не было ни Элвина, ни стражи, ни самого принца. Только мы, туман и звенящая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием блондинки, стоящей рядом со мной. Девушки побледнели, сцепив пальцы в молитвенном жесте. Я же, напротив, шагнула к самому краю, жадно вдыхая чистый, колючий воздух.

Вид был головокружительный – последний раз я испытывала нечто подобное на канатной дороге в Сочи, в те далекие времена моей бесшабашной юности.

Внезапно туман перед нами пришел в движение. Он закрутился неистовыми воронками, словно разрезанный гигантским невидимым лезвием. Воздух мгновенно стал плотным, наэлектризованным до предела – статическое электричество заставило волосы на затылке зашевелиться. И из этой кипящей пелены, разрывая её мощной грудью, выступила тень.

Это был Каэлен. Но сегодня он явился нам в своём истинном, первобытном величии.

Он был драконом.

Огромный. Подавляющий. Величественный. Его чешуя, цвета обсидиана и черного золота, тускло мерцала в туманном свете; каждая пластина казалась выкованным вручную щитом. Каэлен тяжело обрушился на камни террасы, заставив утёс содрогнуться.

Огромные крылья, способные закрыть собой небо, со свистом сложились за спиной. Длинная, мощная шея заканчивалась громадной головой, в которой, несмотря на звериную мощь, безошибочно угадывались черты Каэлена – та же гордая посадка, те же резкие, властные линии. И глаза… Они были именно такими, какими он иногда смотрел на меня. Огромные миндалевидные озёра, светящиеся изнутри жидким расплавленным золотом, в котором плавали вертикальные, бездонные зрачки.

Он издал тихий звук, низкое, вибрирующее урчание, заставившее кости в моемтеле задрожать в унисон с камнями. С невозмутимой грацией древнего божества он медленно склонил свою гигантскую голову к нашей группе, обдавая нас жаром своего дыхания.

Это и было настоящее испытание. Сама суть драконьего рода. Встретиться лицом к лицу с истинной мощью своего властителя и не сломаться. Не закричать. Не упасть на колени в оцепенении, раздавленной этим древним, хищным величием.

Реакция последовала мгновенно. Одна из девушек вскрикнула, зажала рот руками и, спотыкаясь, отползла к двери. Другая просто рухнула на колени, закрыв лицо руками и, кажется, заплакала. Третья повернулась и побежала прочь, её шаги отдавались эхом по каменным плитам.