Книга Госпожа Чудо-Юдо, страница 11 – Эя Фаль

Он напряжённо уставился на меня, как будто прекрасно знал, кто сейчас проходит мимо, но никак не мог поверить и решил убедиться. Это было буквально написано на его тонком породистом лице. Яркие миндалевидные глаза… светились, как два фиолетовых фонаря.

Опасливо покосившись, я быстро прошла мимо, но испытания моей выдержки на этом не закончились.

Картина повторялась вновь и вновь: стоило поравняться с очередной дверью, как та распахивалась, являя на пороге нового мужчину-диниту со светящимися фиолетовыми глазами.

И это было по-настоящему жутко.

К тому моменту, когда передо мной нарисовался наконец кабинет номер двенадцать, я превратилась в ходячий комок нервов. И даже не оглядываясь, чувствовала, как спину прожигают одиннадцать пар фиолетовых глаз.

Вопреки опасливым ожиданиям, двенадцатая дверь распахиваться не стала. Пришлось жать на кнопку вызова.

После секундной заминки створки разъехались, открывая взгляду просторный мятно-зелёный кабинет с минимумом мебели внутри. Короткий письменный стол (скорее домашний, чем офисный), ортопедический стул-вертушка – в данный момент он пустовал, – и небольшой стеллаж с рядами флешсхронов, внешних хранилищ, способных вмещать до миллиарда микрофлеш-карт с важными данными. А большую часть пространства занимал круглый ковер, изумительно-натурально имитирующий газон, с насыщенным травяным запахом и покачивающимися от искусственного ветерка стебельками.

– Ясной сингулярности, Гайя Фай.

Завертев головой в поисках источника голоса, я глянула в противоположную от стола сторону. Возле стены-окна, за которой плескался звёздный вечер незнакомой планеты, стоял высокий седовласый диниту с тускло-усталыми глазами и заметной щетиной на лице. Побелевшие волоски проглядывали итам.

Пока я молча переваривала новое потрясение – диниту бывают и седыми! – он прошел к столу и сел за него. Затем оглядел меня с ног до головы и огорошил вопросом:

– В каком поколении ваши предки из расы диниту? Присаживайтесь.

Мои предки… диниту?

В первую секунду мне показалось, что я ослышалась. Хоть галактический эсперанто и был общепризнанным языком для межрасовой коммуникации, не все расы владели им в совершенстве. И вместо некоторых слов иной раз вставляли заменители из родного словаря, образуя крайне своеобразный сленг.

– Предки… – заторможенно повторила я, шаря глазами в поисках хоть какого-нибудь стула. – Они мне неизвестны. Я выросла без родителей на попечении социальной службы ЗССР.

Седовласый диниту знаком дал понять, что стул находится за моей спиной. Только это был не стул, а… пенёк. Выросший на моих глазах из искусственного ковра-лужайки.

Едва ступив на мягкую траву, я с удивлением поняла: тут всё настоящее. Даже пенек, поверхность которого покрывала плотная шапка мха.

Дождавшись, пока я осторожно присяду, хозяин необычного кабинета отстраненно проговорил:

– Прошу извинить, что не представился сразу. Я Гойриу Делл, полномочный посол от народа Диниту на планете Тигарден-2.

Коротко кивнув, я воздержалась от старой традиционной фразы «Рада знакомству». Ещё неизвестно, буду ли я рада через пять минут после разъяснения причин пристального внимания посольства. А диниту были известны на весь Млечный Путь своим строгим отношением к произносимым словам. В особенности – к их смысловой нагрузке.