Книга Госпожа Чудо-Юдо, страница 72 – Эя Фаль

Смущённо почесав нос, я пробормотала:

– Если тебе не по душе такая работа, давай отправлю тебя к…

– Меня всё устраивает, – непочтительно перебил меня Грай и, как бы спохватившись, неохотно добавил: – Госпожа.

Удивлённая его ответом, я впервые внимательно посмотрела на этого необычного раба-мятежника.

Внешность обычная для космозонга – темные волосы, карие глаза, высокие скулы и крупный нос плюс пропорционально сложенная фигура. Но выражение! Бунтарское, гордое, самолюбивое… дикое.

– Почему ты так ненавидишь рабство, Грай? – спросила я внезапно, повинуясь интуиции. – Разве тебя не учили смирению с детства, как других?

Грай вздрогнул и резко выпрямился, будто его огрели хлыстом по спине. Он смотрел мне в глаза прямым огненно-вызывающим взглядом, выискивая что-то на моем лице. Потом вдруг обмяк и тихо сказал:

– Потому что меня воспитывали не космозонги.

– А кто же тогда? – хмыкнула я изумлённо.

Грай молчал, наверное, с минуту, отчего стоящий рядом Дуно принялся угрожающе коситься на него. Я терпеливо ждала, поигрывая кончиком своей растрёпанной косы. Ответ был не так уж важен, а вот наблюдать за нетипичным для космозонгов мужским поведением – упрямым и несговорчивым, – было любопытно. И вызывало невольную улыбку, которую мне не удалось спрятать.

Грай заметил движение моих губ и уставился на них немигающим взглядом.

– Так кто тебя вырастил?

– Плывчи, – как загипнотизированный, покорно ответил он и, мгновенно очнувшись от звука собственного голоса, отпрянул назад.

Кажется, он сам не ожидал, что так просто ответит на вопрос.

– Как это плывчи? – оторопела я. – Они же в океане живут. Под водой!

– Моя мать сбежала с острова своей госпожи, будучи беременной, – зло выплюнул Грай. – Сволочная гадина решила, что плывчи в положении – не помеха для обслуживания мужских потребностей с утра до вечера. И я родился в океане далеко от обитаемых островов, на бесплодных рифах, питаясь рыбой, моллюсками и водорослями.

– Мне очень жаль, – искренне сказала я. – Не понимаю такую жестокость. Мне говорили, что у плывчи с космозонгами договор, по которому они сами отдают юных девушек в рабыни…

– Ну конечно, отдают! –Грай скривился. – Иначе космозонги вытеснят их из теплых прибрежных вод. А на северной стороне планеты, где нет островов и очень холодно, нельзя жить. Можно только выживать или сразу сдохнуть.

– Но почему всего одна рабыня на весь остров? – по-прежнему не понимала я. – Это же… издевательство какое-то!

– Вожди плывчи решили, что одна жертва должна спасать всех. Чтобы другие жили спокойно в своем родном клане. Жертва выбирается жеребьёвкой в день завершения женского цикла предыдущей. Или в случае преждевременной смерти от того, что… перетрудилась. На вашем острове тоже есть такая рабыня. И за это ее клану позволено жить в ваших прибрежных водах. Такой раскладец…госпожа-а, – насмешливо протянул он, сознательно испытывая границы дозволенного, и заметил, как я поморщилась. – Не нравится правда? Одни плывчи наслаждаются жизнью, а жертва служит подстилкой и инкубатором для новых рабов. Все госпожи поддерживают такую систему. И вы станете такой же!

– Ни за что, – отрезала я. – На моем острове, конечно, есть такая рабыня – зовут ее Муирне. Но подстилкой она больше не будет. И рожать рабов – тоже.