Книга Господин Чудо-Юдо, страница 173 – Эя Фаль

– Крепко с ней подружилась Улла, а не я. Уже после твоего исчезновения мы перешли в общую категорию школьников, и Талла, как старшая, стала ее куратором. У нас так принято... система такая. Младшие и старшие дети учатся вместе, но старшие помогают процессу познания младших в тех предметах, которые им интересны.

– Звучит как детская мечта, – пробормотала я, вспомнив свои школьные годы с их обязаловкой и системной нейтральностью к индивидуальным особенностям детей, и с успокоенным любопытством спросила: – А... она тебе нравилась?

Расслабившись, Тэймин пристроил свой подбородок мне на плечо. Сцепленные на моей талии пальцы игриво пощекотали живот.

– Очень, – ответил он, лукаво улыбнувшись. – Мне нравилось учиться по нашей системе.

Я слегка пихнула его локтем в бок.

– Ты отлично знаешь, что я не об этом.

– Нет, Гайя, – Тэймин развернул меня к себе лицом и прошептал прямо в губы: – Мне никто не нравился так, как ты. Улла часто пыталась познакомить меня поближе со своими подругами, но в глубине души она всегда понимала, что это бесполезно. Без тебя я не жил, а существовал.

Я нахмурилась, хоть весь этот гимн психологической зависимости и ласкал втайне женское самолюбие.

– Это ненормально, ты понимаешь? Так жить нельзя.

– Мне всё равно, – он крепко поцеловал меня и потянул к выходу. – Давай поищем твои туфли. Пора выдвигаться на заседание.

* * *

Большая Лунная Обсерватория занимала лишь малую часть огромного древнего кратера под наименованием Платон на северо-восточной границе Моря Дождей. Однако всю остальную площадь приспособили под затейливое переплетение множества взаимосвязанных зданий, уровней и пешеходно-транспортных переходов, создав в кратере своего рода изолированный городок под единым антиметеоритным куполом. Несмотря на это, всю внутреннюю инфраструктуру кратера все привыкли называть Большой Обсерваторией, и общественная привычка отразилась даже на официальном уровне.

Вокруг было на что посмотреть, и в другое время я бы с огромным интересом глазела по сторонам, ведь на Луне мне побывать не довелось. Но проклятые туфли с каблуками занимали всё внимание в попытке идти естественной походкой, а не спотыкаться на каждом шагу.

Непосредственным местомпроведения заседания Совет избрал солидный конференц-зал по соседству со зданием обсерватории. Обычно там показывали тематические обучающие галафильмы для студентов Лунной астрофизической академии и проводили лекции, и это чувствовалось. В учебных нишах слушателей, изолированность которых помогала полностью сосредоточиться на предмете, парты и стены пестрели модными «вечными» 3D-наклейками с мускулистыми супергероями.

– Господин Делл, ясной сингулярности! – Перед нами на лестнице остановился один из членов Совета, плотный животастый землянин с радушно-широкой улыбкой рубахи-парня. – Вы сегодня с целой плеядой спутников, как погляжу... Боевой настрой, а?

В отличие от большинства присутствующих, ощущался он как-то однобоко – очень тихий ментальный фон, но зато множество ехидно-колких эмоций.

– Ясной сингулярности, господин Жакард, – безэмоционально ответил на приветствие посол Делл, проигнорировав риторический вопрос.

Тогда внимание Жакарда перекочевало на мастера Фьолла и нас. Пухлая физиономия приобрела суровое выражение.