Книга Моя Калифорния, страница 35 – Лея Сван

Захлопнув дверь и повернув два раза массивную защёлку, я наконец-то почувствовала себя в относительной безопасности. Не в силах остановиться, бестолково кружила по каюте пытаясь унять вибрирующее напряжение. Наглухо упакованные воспоминания рвались наружу, возвращая на два года назад, в тот жаркий сентябрьский день, расколовший мою жизнь на «до и после». День, что в итоге привёл меня в квартирку с пыльными шторами на Бернард-уэй.

А ведь тот день совсем не предвещал беды. Как сейчас помню — была пятница. Меня пригласили в качестве почётного гостя на открытие очередного проекта фонда в защиту женщин. Такое случалось частенько и возможно немалую роль здесь играли регулярные пожертвования этим организациям от Компании Оберой. В тот раз я выступала с приветственной речью на открытии центра реабилитации жертв домашнего насилия. Мероприятие было организовано бестолково и затянулось до позднего вечера. За окном давно стемнело, когда последние аплодисменты стихли и на выходе из небольшого, сильно пахнущего свежей краской зала меня остановилневысокий паренёк, представившийся журналистом.

— Издание «Дейли Таймс», — невнятно представился он. — Не могли бы вы уделить мне немного времени для интервью, миссис Оберой?

Растерявшись, я взглянула на экран телефона, рассчитывая узнать сколько времени. Но подмигнув красным огоньком, мобильный потух, не подавая больше признаков жизни. Зарядка накрылась в самый неподходящий момент, подвела я неутешительный итог. Эх, растяпа, снова забыла поставить заряжаться на ночь! Марк опять будет беспокоиться. Вздохнув, покачала головой, представляя возмущенный выговор Зазнайки. Приняв движение за отказ, журналист молитвенно сложил руки,

— Ну, пожалуйста! Всего пара минут!

Поколебавшись ещё немного, я всё же кивнула «Хорошо». В конце концов, Марк знает где я и, всегда может позвонить водителю, что ждёт меня в машине на парковке за зданием.

Среди десятков людей снующих у входа в зал разговаривать было невозможно. Я шла следом за парнем, а он дёргал по очереди все двери длинного, полутёмного коридора. Последняя из них оказалась не заперта. Заглянув внутри, парень распахнул передо мной дверь приглашающим жестом.

— Здесь вроде бы можно поговорить.

В небольшой комнатушке было нечем дышать от расплавленного душного жара, но взглянув на маленькое окошко под потолком, я всё же шагнула внутрь, надеясь быстрее закончить с этим. Подвинув скрипучий стул к убогой кушетке, которая вкупе с небольшим столом составляли всё убранство комнаты, обернулась к парню.

— Спрашивайте.

Парнишка убрал налипшую прядь волос с мокрого от пота лба и, достав маленький блокнот, забросал меня вопросами. В ходе разговора всплыло название моего родного города — Лакхнау.

— О, так вы тоже из Лакхнау? — встрепенулся парень, засияв широкой мальчишеской улыбкой.

— Да, знаете «Лавку сладостей Шарма»? Её держал мой папа!

— Конечно! Кто же не бегал за галгопе и джалеби к дядюшке Шаши?! Мама всегда говорила, что это лучшие джалеби в Лакхнау! — рассмеялся паренёк, имени которого я так и не запомнила.

— А хотите, я угощу вас джалеби? Такими как в Лакхнау. — подтянула я к себе объёмную сумку, прихваченную из дома. Марк по-прежнему кривил лицо при виде моих ярких тряпичных авосек, но смирился с ними как с неизбежным злом. Быстро выудив из сумки прозрачный контейнер с приготовленнымипоутру джалеби, я протянула одну печенюшку собеседнику «Угощайтесь», а следом достала маленький металлический термос с чаем. По делам я всегда ездила во всеоружии, мало ли, проголодаюсь или встретится кто-то с диабетом.