Книга Калифорния, страница 111 – Лея Сван

Пока Кэри раздумывал над ответом, Ричард рассмеялся.

— Милочка, это же не душещепательная мелодрама для девочек! Мы снимаем экшен! Это значит много мордобоя, погонь, стрельбы, крутых мужиков и сексуальных цыпочек. Психологические загоны здесь совершенно лишнее. Наша задача — приковать внимание зрителя к экрану на два часа, чтобы сидел открыв рот и оторваться не мог. Понимаешь?

— Знаю, но всё же… — сопротивлялась я.

— Я думаю, вы правы, Кхуши. — внезапно вышел из раздумья режиссёр. — Поэтому так важен свежий взгляд со стороны.

— Правда?

— Да. Сделать персонажей достоверными — наша задача, несмотря на рамки жанра. Зритель не клюёт на фальшивку, даже если она хорошо упакована. Человечность, вы хорошо сказали про неё. Думаю, любого персонажа, даже отрицательного, зритель бессознательно примеряет на себя, оценивает. В случае с Элизабет — это наш недочёт. Я поговорю со сценаристами. Наверняка мы сможем что-то сделать…

Обсуждение деталей и изменений сценария незаметно растянулось на несколько часов. Это удивительно, но мы болталии спорили, словно знали друг друга тысячу лет, иногда сбиваясь на совершенно посторонние темы и снова возвращаясь к кино…

— Ух ты, уже почти одиннадцать! — Бросил случайный взгляд на часы Ричард.

— Чёрт возьми, засиделись! Я и не заметил. — потянулся Фукунага, прикрывая зевок ладонью. — Я бы сейчас выпил чаю… Вы как?

— Я приготовлю! — вызвавшись, торопливо поднялась с дивана. — Вы знали, что у нас в Индии готовят самый вкусный чай? С молоком, кардамоном, имбирём, корицей, мёдом… У моего отца была лавка сладостей и мы всегда угощали посетителей чаем.

— Можно сказать — ты профи? — рассмеялся Кэри.

— Готова убедить вас в этом!

— Да будет так! — вынес вердикт Ричард. — Идёмте, мисс Райз, провожу вас на кухню!

На небольшой, но удобной кухне царил идеальный порядок.

— Мария грохнет обоих, если узнает, что мы проникли в её святилище и касались нечестивыми руками её реликвий, — подмигнул Ричард, открывая один из верхних шкафчиков. — Кажется где-то тут был чай. А, вот и он! Теперь чайник…

— Нашла! — помахала я своей находкой. — Сейчас, вскипячу воду…

Пока вода закипала и руки привычно делали свою работу, а Ричард травил байки, в суть которых я не вслушивалась, в голове вновь прокручивались слова режиссёра о трактовке моей роли и его убеждение, что я справлюсь. Почему он так уверен? Как мне найти в себе эту стерву Элизабет?

— Теперь молоко. — скомандовала, обернувшись к мужчине.

— Слушаюсь, моя госпожа! — отрапортовал блондинчик и живо достал из холодильника едва початую бутылку. — Кхуши, тебе уже говорили, что на кухне ты выглядишь богиней?

— Глупости! — рассмеялась я, заливая кипяток в маленький фарфоровый чайник, пузатые бока которого украшали голубые цветочки.

— Нет, правда, я серьезно. — Мужчина оказался за спиной и замер, рассматривая через плечо, как я помешиваю ложечкой коричневые листочки, раскрывающиеся в кипятке. — Тебе наверно часто говорят, какая ты привлекательная?

От его слишком близкого дыхания по спине побежали неприятные мурашки, заставив поёжиться. Пытаясь выскользнуть от близости чужого тела, я незаметно, потихоньку двинулась вправо.

— Не думаю, что это подходящая тема для разговора. Чай почти готов…

— Я тоже почти готов, пупсик! — внезапно оказавшиеся на моих бедрах цепкие мужские пальцы оказались полнойнеожиданностью. Обалдев, я замерла, не веря в происходящее. Нет, нет такого же не может быть! Просто не может… Опять?! Приняв ступор за согласие, мерзавец с силой вжался в мой зад, дав почувствовать нехилое возбуждение. Его рука уверенно заскользила вниз по правому бедру, по-хозяйски оглаживая попу и беспардонно потянула вверх подол платья. Вот козел!!! Бешенство, подогретое воспоминанием, вспыхнуло так ярко, что на мгновение я ослепла, задохнувшись. Тварь! Урод! Рванув атомным взрывом ярость затопила сознание горячей волной ударив в сердце, разгоняя пульс в безумный галоп. Дальше запомнилось плохо. Как через розовую плёнку разлитого киселя увидела фарфоровый чайник в своих руках, один рывок влево, разворот и удар! Врезала со всей силы, не глядя, не думая, движимая одним желанием — ударить! Звук вышел глухой и совсем не громкий. Руку больно дернуло отдачей, обдав горячей коричневой жижей. Боль я не заметила, потрясённо наблюдая за странностями происходящими с Ричардом. Он громко охнул, ещё секунду назад такие уверенные руки, как две заполошные птицы вскинулись к лицу; между пальцами, прямо на белый лоб просочились ярко-красные струйки и деловито побежали вниз, пачкая алым брови, затекая в ошарашенно распахнутую синеву глаз. «Тттт….ыыы…» — он что-то попытался произнести, но зрачки вдруг закатились и тело мужчины коряво сползло вниз, распластавшись на полу. Оуууу…! Я его…?!!! Ужас!!!!