Книга Нечаянная ночь, страница 48 – Лея Сван

— Обязательно! Клянусь своей моряцкой трубкой, доставшейся мне от деда-пирата, что мы обязательно сходим на Аврору! Как только мама даст добро, я тут же примчусь и отвезу тебя на военный корабль! Обещаю, мы круто потусим вместе!

Мальчик, наконец, улыбнулся, и Алекс повернулся к Алисе. Секундная неловкость повисла между ними, показавшись обоим бесконечной.

— Ну, я тогда пойду… — Он поднял глаза и, нечаянно поймав её взгляд, с удивлением прочел в нём сожаление. И… нежность? Сердце кольнуло острое осознание потери. Оказалось, это больно, чувствовать, как мечта умирает, цепляясь за фантом надежды и корчась в муках неизбежного. С трудом сглотнув, он быстро опустил взгляд.

— Это был чудесный вечер. Спасибо, что позволила побыть с вами.

Осторожно коснувшись девичьей ладони, мягко пожал её, не посмев задержать в руке.

— Спасибо, что подвез и составил нам компанию! Было весело. — Алиса слегка сжала в ответ его пальцы. Улыбка осветила её черты, сделав не просто красивым, а ослепительно прекрасным. Так, во всяком случае, почувствовал Алекс, на какие-то доли секунды, забыв о необходимости дышать. — Увидимся на работе.

Он кивнул, ещё не представляя, чем обернётся их следующая встреча.

…

С третьей попытки попав ключом в замочную скважину и сердито упомянув непечатное выражение, Алекс наконец-то распахнул дверь своей квартиры. Время близилось к полночи и он, хоть убей, не мог объяснить, как исчезли последние несколько часов. Само собой, болтовня про условленную встречу, которую он использовал, как предлог для побега от Алисы, была чистым блефом. Вместо этого Вишневский направил стопы в направлении излюбленного бара, расположенного в одном из маленьких дворов-колодцев, столь многочисленных в старой части Васильевского острова.

Бухал он долго, отвратительно и целеустремленно, в напрасной попытке вымыть из души отвратительное ощущение утраты, столь же отчётливое, сколь и нелепое. Каждый знает, чтобы что-то потерять, надо это иметь, а Алекс имел лишь фантазии и страстное влечение к не принадлежащей ему женщине. Последнее, впрочем, осталось, не подвластное никаким доводам фактов и здравого смысла. Даже узнав, что ему ничего несветит, Вишневский не мог избавиться от навязчивых мыслей о девушке. В золотистой жидкости на дне стакана, ему чудилось её лицо, задумчивый взгляд, загадочная полуулыбка… Стаканы сменялись один за другим, но наваждение не исчезало. В какой-то момент это стало невыносимо, и Алекс вызвал такси…

Лишь сняв ботинки, Вишневский заметил странность, на пару секунд зависнув на одной ноге. Поморщившись, присмотрелся, концентрируя рассеянный взгляд на полу прихожей. Не включать свет было не лучшей идеей и нащупав выключатель, Алекс нажал на клавишу, в следующий миг потрясённо замерев.

— Какого чёрта?!

Вопрос, выдохнутый в тишине, остался без ответа, пока Вишневский удивлённо рассматривал дорожку из лепестков роз, пролегавшую через всю прихожую и терявшуюся в глубине коридора. Ярко-алые лепестки отчётливо намекали на романтику, ставя в тупик и интригуя. С осторожностью продвигаясь по собственной квартире, Алекс прислушался — где-то рядом приглушенно звучала мелодия в ля минор. Кажется, что-то из Гайдна.

Лепестки привели его к двери в спальню, за которой ждал новый сюрприз.