Книга Целители не лечат, страница 38 – Мия Ловиз

— Знаешь, первокурсница… я пусть и на пятом, но целителей не учат читать мысли. Говори яснее, иначе…

— Иначе? — хмыкнула я.

Мой тон заставил её вздрогнуть, но Марисоль быстро попыталась скрыть это улыбкой. Всё как говорили девочки!

— Ладно, — произнесла она примирительно, пытаясь выдать это за снисхождение к непутёвой новенькой. — Видимо, кто-то тебе шепнул, что я владею… хм… некой полезной информацией. Так что именно ты хочешь узнать?

Марисоль закрыла блокнот и уставилась на меня выжидающе. Я же не отказала себе в удовольствии заставить её ещё немного понервничать. Медленно приблизилась и присела на краешек стола через одно место от неё.

— Меня интересует вся информация о Кейле Арнторе, — произнесла спокойно, пару минут посмеиваясь над её нервами.

Глаза Марисоль чуть расширились, рот приоткрылся, но она быстро скрыла это за нервной улыбкой. Только поздно. Я уже всё заметила. Потом она кивнула и отвела взгляд к окну, будто собиралась обратиться к воспоминаниям или просто выдать заготовленное враньё за действительность.

— Понимаю, — криво усмехнулась. — Поступила и, конечно, обратила внимание на самых красивых парней академии. Вот только «Чёрный» — это тот, кого стоит обходить стороной. Но если тебе так интересно… Поделюсь с тобой, почему именно, — посмотрела на меня словно делая одолжение.

Я лишь вздернула бровь в ожидании, когда же закончится эта игра и сплетницаперейдёт к делу.

— Арнтор уже отстранён с момента поступления. Он ни с кем не дружит, не общается и редко участвует в мероприятиях. Через месяц после его прихода начали происходить пугающие и даже страшные вещи: травмы у адептов, неизвестные выбросы магии. Так всплыла информация про его проклятие. Он…

Я слушала, но внутри всё кипело. Я знала, что это ложь — её способ манипулировать, подавлять и пугать. И я не собиралась это терпеть.

— Хватит! — рыкнула я, прежде чем она успела досказать. В один момент подошла, прижала Марисоль к спинке стула, чувствуя, как гнев и решимость переливаются через кончики пальцев. — Перестань врать! Я не терплю, когда пытаются пугать и манипулировать мной, выдавая свою неудачу за проклятие другого!

Сплетница вздрогнула, но я не отпускала. В её глазах мелькнул страх, смешанный с удивлением.

— Ты думаешь, что можешь запугать меня такими сказками? — продолжала я, ощущая, как каждая клетка моего тела готова к действию. — Проклятие Арнтора — это не повод, чтобы пугать других. А теперь — говори правду. И только её! Или я лично позабочусь, чтобы о тебе узнали все, только уже «мою правду»!

Марисоль замерла, дышала резко, но постепенно стало заметно, что её сопротивление тает. Она поняла, что я не собираюсь отпускать и что мне не интересны её игры. Да и начала подозревать, что у первогодки на неё не только зуб, но и козырь.

— Ладно, — прошептала она, пытаясь сохранить спокойный тон, — я скажу…

Я не отпускала, просто сдавила плечо чуть сильнее, наблюдая, как страх и нерешительность постепенно сменяются на желание хоть что-то выдать.

— Твой… Арнтор… — начала она, осторожно глядя мне в глаза, — да, он странный. Но… проклятия, травмы окружающих — это всё слухи. Никто не пострадал из-за него. Но девочки любят драму. Говорят, что если кто-то рядом, то «все несчастья его рук дело».

Я чуть приподняла бровь, внутренне удовлетворяясь тем, как сплетница старается преподнести информацию «для подружек»: мягко, с преувеличением, с ненужными деталями.