Книга Станция "Глизе", страница 8 – Мария Лунёва

Но надо же было собрать на «Фениксе» такой сброд! Неужто даже приличная сумма в договоре не привлекла кого понадежнее?

Лучше кандидатов совсем не нашлось? Или… Или был-таки подвох, и нанимали тех, кого и в космосе потерять не жалко. Сгинут — никто и не вспомнит.

Очень может быть. Меня точно искать не станут. Потому как некому. Сирота. Без постоянной прописки, работы. С остальными, видимо, то же самое.

Глаза слипались. В голове стлался ватный туман, заглушая мысли… Я словно выключилась на мгновение. Провал в густую темноту. Бессвязная тревога.

И странная легкость. Тепло. Где-то в уголке подсознания мне грезилось, что сильные мужские ладони обхватывают за талию. Сжимают бедра. Дыхание обжигает мою грудь. Пальцы через ткань сжимают сосок… Горячие губы скользят по моему рту. Сплетение языков. Так ярко, словно реальность. Громкие стоны… Нечто мягкое касается живота. Хвост?

Толчок, меня будто выбросило на поверхность вязкой дремоты. Распахнув глаза, я открыла рот, чувствуя, как дыхание застряло в горле. Страх. Давящий ужас. В поле моего зрения опять находилась решетка воздуховода. Через её прутья, словно змея, вырвавшаяся из глубины космической преисподней, выползала черная густая нефтяная субстанция. Она растекалась, образуя маслянистое пульсирующее пятно, местами оставляя за собой грязные разводы темно-коричневого цвета.

Моя челюсть мелко затряслась. Сердце билось как бешеное. Где-то в уголке сознания я понимала, что это конец. Оно не выпустит. Спасения не будет. Растекаясь, черная субстанция жадно поглощала розовую плесень, уничтожая её, оставляя после себя глянцевые темные следы. Её становилось все больше. В самом центре, прямо надо мной, «нефть» начала утолщаться, набухая, пульсируя в зловещем ритме. Каждое биение отдавалось глухим стуком в виске, в том месте, где был имплантат. Кожу жгло. Перед глазами забегали черные мурашки. А субстанция продолжала расти. Она темнела гигантской тягучей каплей, свешиваясь и медленно удлиняясь.

Её очертания менялись. На нефтяной поверхности в искаженном отображении я видела себя…Очертания менялись, становясь мужскими. Жуткими, но знакомыми.

Внезапно лицо исчезло, и капля потянулась ко мне, формируясь в длинную безобразную руку. Изломанные суставы пальцев становились все уже и страшнее. Я все еще не могла сделать вдох. Сердце набатом звучало в ушах.

Рука застыла, словно в ожидании, излучая невыносимый холод, проникающий в самую душу. Прошло мгновение… еще одно, и черная маслянистая ладонь легла на мои глаза.

Задыхаясь от страха, я не могла пошевелиться, будто пребывала в сонном параличе.

— Эль, — шепнуло нечто, ладонь спустилась ниже и попыталась схватить меня за горло…

Вскрикнув, я села и брезгливыми движениями попыталась скинуть с себя эту нефтяную жижу. Но ничего не было.

Скомканная простыня на кровати, валяющееся на полу одеяло и подушка.

Приоткрытая входная дверь в каюту…

Сон… Меня трясло, как в лихорадке. Кошмар. Всего лишь очередной кошмар! Вот только когда я успела заснуть?

На завтрак я шла с жутким ощущением, что и вовсе не спала. Каждая мышца тела ныла и ломила, будто всю ночь физически работала. В голове царил густой, непроглядный туман. В общем, и штормило, и тошнило, и вообще передвигалась, едва переставляя ноги.