Книга Отвергнутая. Хозяйка кофейного дома, страница 44 – Катрин Алисина

Неро, тем временем, сел на краешек кровати сестры и покрасился на нее.

— Как нога? — спросил он, внимательно оглядывая Бьянку.

— Отлично, — отмахнулась девочка, — совсем не болит.

— Я слышал, как ты всю ночь ворочалась, — нахмурился Неро.

— Это я от жары, — шикнула на него Бьянка, — тише ты. Чего все рассказываешь?

— Дети, ночью холодно было, — забеспокоилась я.

— А под одеялом жарко, — заспорила Бьянка.

— Так, — я хмуро посмотрела на девочку, — попробуй встать.

Бьянка скуксилась. Потом глянула на Него и заявила:

— Нет, тут Неро, а я в ночнушке. Он хоть и брат, но все же мальчик.

Неро фыркнул:

— Так я выйду, — и, подтверждая свои слова, отправился на кухню. Мы остались с Бьянкой вдвоем.

Девочка вздохнула и обреченно откинула одеяло.

Ночнушка была длинная, а на ноге все еще оставалась повязка, так что место растяжения я не видела. Но стоило Бьянке поставить ступню на прохладный пол, как девочка тут же поморщилась от боли.

— Так, — занервничала я. — Сильнее болит, чем вчера?

— Нет-нет, — заспорила Бьянка.

Но я видела, что девочка… врет.

Она мужественно попыталась встать — и вскрикнула, рухнув обратно на кровать.

В комнату заглянула Урсула.

— Что у вас, леди? — прокряхтела она. — Что случилось? Помочь чем? Бьянка, ты чего? — Урсула перевела взгляд на девочку и в голосе служанки появилась обеспокоенность. — Чего несчастная такая? Вставать не хочешь? Поспи еще. Чего вы ребенка мучаете, леди? — укоризненно уставилась она на меня.

Попытавшись встать еще раз, Бьянка снова вскрикнула и расплакалась. Рухнула обратно на кровать.

— Что случилось? — я не выдержала и подбежала к ребенку.

— Не могу, — пожаловалась Бьянка, — не могу встать на ножку.

Я опустилась на колени и сняла повязку. По детской ножке расползся огромный фиолетово-желтый синяк на всю лодыжку.

— Гадство, — пробормотала я.

— Не помогли припарки-то, — охнула Урсула, — теперь Бьянка ножки лишится! — взвыла служанка, — уж простите, леди!

Бьянка побелела как мел. Глаза стали огромные на пол лица.

— Как лишусь? — перепуганным голосом пробормотала девочка. — Я не могу. Я не хочу! Рейна, помоги!

— Прекрати пугать ребенка, — шикнула я на Урсулу. — Просто растяжение. Так бывает. Выглядит жутковато, да. Но все хорошо, Бьянка. Сейчас же поедем ко врачу в Ярден.

— Так он стоит то сколько, леди, — шмыгнула служанка.

Бьянка перевела полный ужаса взгляд с меня на Урсулу и обратно.

— У нас нет денег на мою ножку? — сипло, едва слышно пробормотала она.

— У нас есть деньги, — твердо отрезала я. — Нам хватит на врача, один золотой есть.

— Я передумала, — вдруг воскликнула Бьянка.

— И не надейся, — возмутилась я. — Ко врачу обязательно поедем прямо сейчас!

— Нет, — покачала головой Бьянка, и прежде чем я успела прервать девочку, добавила, — я не хочу больше быть лекаркой. Точнее, обычной лекаркой. Я хочу быть лекаркой для тех, у кого нет денег!

Я выдохнула. Погладила девочку по волосам.

— Хорошо, солнышко, ты станешь, кем захочешь, — улыбнулась я. — А сейчас едем в Ярден.

Пять часов туда, несколько там и столько же обратно, — промелькнуло в голове. — Хорошо, на телеге будет быстрее, чем пешком, но ненамного.

— Без завтрака ехать не дело, — пробормотала я, силясь решить: то ли приготовить что-то на скорую руку, то ли впихнуть детям в зубы бутерброды с маслом, сгрести всех в охапку и бежать в Ярден. И поесть нормально уже в городе.