Онлайн книга «Мой крылатый капитан»
|
Капитана посадили рядом с представителем небиологического разума. Тот пока выглядел вполне живым, общался с капитаном и, кажется, даже что-то жевал. Заметив меня, Руно жестом поманил меня присоединиться. — … вектор развития. Возможно, продолжив его, сейчас обогнали бы вас в исследовании космоса, — добродушно усмехнулся шестирукий и приветственно кивнул мне. — Попробуйте качурваст, уверен, на вашей родной планете ничего подобного нет. — Если я правильно понял, его готовят из крови тех пустынных тварей? — вежливо поддержал беседу капитан, принимая из рук аборигена тарелку с каким-то зеленым желе. — Вы изрядно наблюдательны! — радостно воскликнул шестирукий. — Их называют «коррото», их яд смертелен и не имеет противоядия, но внутренняяжидкость вкусна и очень питательна. — В Иторе удивительная фауна, — улыбнулся Руно. — К сожалению, вы застали лишь ее остатки, — грустно покачал головой его собеседник. — Война уничтожила не только нашу цивилизацию, но и большую часть экосистемы. — И все же вы сумели приспособиться. А ваша связь друг с другом и… небиологическим разумом поистине удивительна. Мне не стыдно признаться, я не знал, что такое вообще возможно. — Вы правы, крылатый. Сомножество — одна из лучших технологий иторцев. Жаль, что она напугала часть из нас. Представьте, вся планета могла бы быть единым целым! Восторг, с которым говорил шестирукий казался искренним. Но у меня от его слов по спине побежали ледяные мурашки. Не удивительно, что общество взбунтовалось! Не считая жутковатых подробностей о блюдах, что, к счастью, не испортило нашего аппетита, ведь еда оказалась действительно вкусной и ностальгии шестирукого о довоенных временах, вечер прошел замечательно. Впервые с тех пор, как мы высадились на эту планету, она открылась нам с другой, куда более приятной стороны. Шестирукие оказались гостеприимными, но не навязчивыми. При необходимости они вежливо предлагали свою помощь, а в остальное время словно и не замечали нашего присутствия. Было ли их поведение связано с объединяющим их небиологическим разумом или являлось культурной традицией, я так и не поняла. Но пришлось признать — они мне даже понравились. Я с удовольствием наблюдала за их размеренной суетой и вслушивалась в напевные грустные мелодии песен на наречии, который мой встроенный переводчик не смог разобрать. Когда ужин подошел к концу, всю посуду сложили в большие корзины и унесли. А на освободившееся место между костров вышли несколько мужчин. Пение стало громче и ритмичнее, а затем к хору присоединились и музыкальные инструменты. Я никогда не слышала ничего похожего. Музыку шестируких можно было бы легко спутать с шумом перекатываемого ветром песка и стрекотания насекомых. Ни единого чистого звука, ни одной ноты, но все же это была именно музыка — завораживающая, волнующая, зовущая. Я не успела заметить в какой момент мужчины начали танцевать. Их мерные, тягучие движения, казалось, были продолжением музыки. А все происходящее — волшебным сном, в котором я стала свидетелем чуда — ожившей пустыни.Танцоры были великолепны. Они то стелились по земле, то вспархивали в воздух, как поднятый порывом ветра песчаный вихрь… вот охота огромной змеи, преследующей свою добычу, вот дрожит земля под натиском живых гор… Картины прошлого и будущего мелькали передо мной в отбрасываемых костром тенях, и реальность плавилась, воском стекая по обнаженным шестируким телам… |