Книга Мой крылатый капитан, страница 78 – Анна Тарханова

— Мне жаль их, — вдруг произнесла я, сама удивившись своим мыслям. Руно вопросительно изогнул бровь. — Конечно, красноволосый и его команда творили ужасные вещи, но ведь технологии можно использовать иначе! Лечить больных, восстанавливать экологию, да и просто делать жизнь более комфортной… Неужели никто из них не додумался до этого?

— Всегда существует опасность выбрать личную выгоду, отличница. Вряд ли теперь мы сможем узнать, в какой момент их общество свернуло не туда. А возможно, этого момента и не было, и путь иторцев с самого начала был движением к пропасти. Отчасти, это одна из задач нашей миссии — находить внепанкарский разум и собирать опыт иных цивилизаций, чтобы сравнивать, учиться и в свою очередь не допускать подобных ошибок.

— У них не было такой возможности — учиться на чужих ошибках…

— Вселенная не обещает справедливости, Риа, — стальным голосом произнес капитан. — Она дает шанс. А уж как им воспользуется каждый отдельный разум, зависит только от него самого. Иторцы сделали свой выбор, и продолжают делать его каждый день. Как имы свой. Именно поэтому кодекс запрещает нам вмешиваться.

— Но мы уже вмешались…

— Да. И история еще накажет меня за это.

— Всех нас, — возразила я. — Некоторых уже наказала. Двое мертвы, Илит изувечена, я ранена…

— Дело не в этом, отличница, — грустно качнул головой Руно. — Так или иначе о нашем нахождении здесь составят летописи и отчеты. И в них имена членов команды останутся только сносками в примечании… Все, что случилось на этой планете станет моим наследием, Риа. Моим позором.

Я не знала, что на это ответить. Капитан был прав. В моих учебниках в академии встречались только имена капитанов. Чем бы ни закончилась наше прибывание здесь, следующие поколения гралов будут обсуждать на посвященных Итору семинарах только Руно Леви.

— Для меня… для всех нас вы останетесь героем, — прошептала я, крепче прижимаясь к его груди.

— Рановато об этом судить, отличница, — усмехнулся капитан и подмигнул. — Размер крыльев по молодости не меряют.

Из города наш отряд вышел одним из первых. Уже начало смеркаться, но Руно вместе с представителем небиологического разума решили не останавливаться. Чем дальше мы сможем убраться от города, тем больше шансов исчезнуть в пустыне, избежав новых стычек.

Мы шли почти всю ночь, изредка делая небольшие остановки, чтобы перекусить и немного перевести дух. Члены нашей команды почти не разговаривали, экономя силы. Я видела, как тяжело дается им каждый следующий переход, но помочь ничем не могла. Было ужасно стыдно, что меня капитан упрямо нес на руках. Под утро даже шестирукие предлагали ему помощь, но он наотрез отказался.

Наконец, было принято решение поставить лагерь. В лучах восходящего солнца аборигены споро расставили палатки и занялись костром. Крылатых, уже едва держащихся на ногах, но все еще порывавшихся принять участие в работах, принудительно отправили спать.

Нам с капитаном, по старой памяти, отвели отдельную палатку. К счастью, никто из команды этого нарушения субординации, кажется, не заметил.

Руно помог мне забраться в палатку. Походные кровати в ней оказались сдвинуты. То ли случайно, то ли с намеком от шестируких, разбираться сил не было.

Проследив, чтобы я удобно улеглась, капитан сел на край моей кровати и принялся за перевязку. Оказалось, он успел позаботиться даже об этом — одиниз шестируких вскоре принес нам ведерко чистой воды и бинты.