Книга Замуж за врага. Лишняя в его доме, страница 95 – Екатерина Гераскина

Она сейчас была так красива, что у меня перехватывало дыхание.

Перерождение изменило её — и в то же время оставило прежней. Каллиста и раньше была красивой, стоило лишь немного вернуть ей здоровье, но теперь… теперь она словно расцвела изнутри. Исчезла угловатость, ушла болезненная хрупкость. Всё, что в ней было, усилилось в разы — как будто она наконец стала собой.

Её глаза, прежде цвета молодой зелени, теперь отливали тёплым янтарём, словно в глубине зажглось солнце. Веснушки — боги, как же они ей шли. Я ловил себя на том, чтосмотрю слишком пристально, будто пытаюсь запомнить каждую черту, каждую тень на её лице.

— Спасибо… — слова сорвались сами, глухо, почти шёпотом. — За то, что ты жива. За то, что жива моя дочь.

Она чуть вздрогнула, словно только сейчас до конца осознала, что с ней произошло. Я почувствовал, как её плечи напряглись, как дыхание стало рваным. Я почувствовал ее порыв, прижаться ко мне, как доверчивому птенцу. И сам опередил ее. Сам притянул к себе и обнял. Она уткнулась лицом мне в грудь.

Я сжал её крепче, обхватил руками, прижимая к себе так, будто мог заслонить от всего мира. Дракон внутри рыкнул глухо и удовлетворённо — да, вот так. Защищать. Держать в объятиях. Греть.

Я чувствовал, что ей нужно, чтобы я просто был рядом.

Что бы ни ждало нас дальше — Контроль, Император, тайны крови и перерождений — всё это потом.  Всё остальное подождёт.

— Моя Калли… — снова хрипло проговорил я, начал гладить ее по голове и прижимать к себе. — Моя.

Я наклонился ближе, почти коснулся лбом её лба. Прикрыл глаза на мгновение.

— Я не знаю, как благодарить за всё. Не знаю, чем это можно измерить. Но знай… — я поднял на неё взгляд. — Ты не одна. У тебя есть семья. Есть я.

Она тихо, рвано выдохнула. Я поднял взгляд, и только тогда увидел её лицо. Губы Каллисты дрожали, слёзы текли по щекам. А потом её начало колотить — мелко, всем телом.

Дракон внутри зарычал, требуя немедленно действовать.

— Тш-ш, маленькая. Все уже хорошо. Тебе холодно? — спросил я, уже поднимаясь. — Сейчас растоплю камин.

Я сделал шаг к нему, но успел только разложить дрова, как за спиной послышалось движение.

Я обернулся и замер.

Каллиста уже шла к камину сама. Босая, по пушистому ковру. Закутанная в мой чёрный халат, который тянулся за ней шлейфом. Огненно-золотые волосы стекали по бархату водопадом.

Она остановилась, протянула руку и, не произнося ни слова, не читая заклинаний, просто подожгла дрова.

Пламя вспыхнуло сразу — ровное, тёплое, живое.

— Я… сама… — хрипло, почти шёпотом сказала она, повернувшись ко мне.

Я протянул ей руку, ожидая, когда она вложит свою ладонь в мою. И она, помедлив, сделала это. Я выдохнул. Мы с драконом в течение этих секунд даже не дышали. Значит, она намдоверяет. Я потянул её к себе на колени, усадил перед пламенем и сам прижался к ней со спины, обнял её.

Прижал к груди, интуитивно понимая: сейчас ей не нужны слова. Не нужны объяснения, оправдания, обещания. Ей нужны были только объятия. Защита. Уверенность, что она не одна. Что я есть рядом.

Я опустил подбородок ей на макушку и прикрыл глаза. В груди всё ещё глухо отзывалось рычание зверя — не яростное, не жадное, а настороженное, охранное. Моё. Наше. Сокровище.

Мы так и сидели, не замечая времени. Она чуть развернулась, уткнулась щекой мне в грудь. Я смотрел на огонь и держал её, словно боялся, что стоит отпустить — и она снова исчезнет.