Книга Поглотительница. Наследие Хаоса, страница 39 – Майя Брикман

Особенно ценны эти животные для боевых магов, расходующих в сражениях много энергии. Лумикаса мог быстро восполнить их магический резерв. Четыре столетия назад почти каждый маг мог иметь такого спутника, однако после войны, когда впервые произошел прорыв тварей Мрака, множество магов пало, защищая границы купола. Если гибнет хозяин, лумикаса также умирает спустя некоторое время. Потеряв хозяина, животное не может питаться извне, и его невозможно перепривязать к другому магу. Если же умирает лумикаса, маг теряет связку и может найти себе нового питомца.

После войны, когда погибло множество магов и их спутников, люди начали охотиться на лумикасов, чтобы насильно создать связку. Это привело к тому, что животные перестали размножаться, и на данный момент лумикасы сохранились лишь в королевских семьях. Попытки разводить их в неволе чаще всего заканчиваются гибелью новорожденных.

Помимо подпитки хозяина, лумикаса способен создавать пространственные коридоры, позволяя перемещаться из одной точки королевства в другую за считанные минуты. Маги, не умеющие открывать порталы, могли использовать эти коридоры для быстрого передвижения.'

Оторвавшись от чтения, Лида задумалась. А что, если ее Мики сможет отправить ее домой? Он откроет путь из этого мира в ее собственный, и все… Глаза девушки загорелись надеждой, но, едва она продолжилачитать, надежда угасла.

— «Лумикасы могут открывать ходы в пространственных путях только в пределах своего мира», — тихо прочла она вслух.

С лумикасами было связано много сказок и легенд, но вдаваться в них Лида не стала. Почитав еще немного о своем магическом звере, она сдала книги и отправилась к завхозу за учебной формой.

Нужный коридор нашла быстро, следуя инструкциям коменданта. Подойдя к двери, она замерла, услышав за приоткрытой створкой мужские голоса. Один был бархатистым, с легкой хрипотцой, второй — более визгливым.

— Неужели это новая форма? — спросил обладатель бархатного голоса.

— А как же! Только на прошлой неделе доставили. И вот еще, — видимо, второй что-то показал собеседнику.

— И свистки новые… Ректор нас балует, — в голосе первого прозвучала насмешливая нотка.

— Угу. Вы не представляете, как мы рады, что вы снова с нами. Неужели кто-то снова возьмется за воспитание этих надменных золотых отпрысков?

— Густав, я слышу в твоем голосе недовольство?

— Что вы, профессор! Я всем сердцем люблю и уважаю наших студентов и желаю им побольше мозгов и получше воспитания! — выпалил мужчина с визгливым голосом, и Лида поняла: «золотые отпрыски», видимо, изрядно ему досадили, раз он так о них «отзывается».

— Ладно, я пойду. Нужно еще многое успеть до начала учебного года.

— Хорошего дня, профессор.

Лида огляделась, убедившись, что ее не заметили за подслушиванием, и шагнула к двери, но та распахнулась быстрее. Навстречу ей вышел высокий мужчина. Столкновение оказалось настолько неожиданным, что Лида пошатнулась, но сильные руки схватили ее, не давая упасть. Сверток, который мужчина держал, выпал на пол.

— Простите меня, — тут же сказал он, отпуская Лиду и наклоняясь за упавшей вещью.

— Это я у вас должна просить прощения, сама виновата, — пробормотала она, мысленно добавив: «Нечего было подслушивать». Внимательно наблюдая, как профессор поднимает сверток и выпрямляется, она встретилась с ним взглядом.