Книга Нелюбимая жена ректора академии, страница 26 – Юлия Марлин

– Очень.

Богиня. Я была готова разреветься. Я чуть с ума не сошла. Думала, что… нет. Не надо. Дурные помыслы имеют нехорошее свойство сбываться.

А мне сегодня и так крупно досталось.

День был одним из самых трудных за последние пять долгих лет. Появление дракона, с которым кроме взаимной неприязни нас ничего давно не связывает, внезапные нападения на студентов с высоким резервом, заключение магического контракта с посторонним мужиком. Даже боюсь подумать, что будет дальше.

– Что случилось? Алис!

Из коридора, рыча как демон, в квартиру вбежал взмыленный Блум.

Магистр лихорадочно дернул рукой. Его с пальцев сорвалась россыпь ослепительно-белых шаров, осветивших гостиную.

При виде счастливых спокойных близнецов, он перевел дыхание.

– Ты с такой скоростью сорвалась наверх. Решил было опять… нападение.

– И я так решила, - призналась, хватая воздух полной грудью и умоляя сердце не биться так громко.

Сегодня к моей доченьке из Астрала «пришел» фамильяр. Чтобы быть рядом с ней до последнего вздоха. Малышке всего пять, но из-за первого резерва – Эрин намного сильнее всех вместе взятых преподавателей Академии. Драконья кровь и могущественная сила отца – не водица и передаласьмоим детям по наследству. А фамильяра она заполучила чуть раньше только потому, что появилась на свет первой. Эрин старше брата на пятнадцать минут.

– Ты дрожишь?

– Перенервничала.

Магистр ловко скинул зимний плащ, закрыл входную дверь и потянул меня за локоть в сторону гардероба.

– Идем.

Не в состоянии отвести от счастливых близнецов затуманенный взор, молча позволила чужому мужчине стянуть с себя пальто, меховые сапожки, а затем он, попутно исследуя мою квартиру, привел нас на кухню и усадил за круглый стол.

Подперев голову кулаком, я уставилась за окно. С той стороны кружились снежные хлопья.

Близнецы в гостиной весело хохотали и наперебой звали Пушка.

Отец не оставил их голодными. Спасибо хотя бы за это. Зато я и Блум умирали от голода.

Я даже не поняла, как почти чужой мужчина вскипятил чайник, заварил терпкий ягодный чай, поджарил бараньи рёбрышки с овощами, и очнулась, когда белую скатерть уставили ароматные блюда.

– Пойдешь вместе со мной на Зимний бал? – Спросил он, устраиваясь напротив меня.

Зараза. Всё-таки добился желаемого. Мы вместе ужинаем, будто действительно родители Эрин и Ларка.

– Бал для студентов, - напомнила я. Вилка в дрожащих пальцах тряслась. Пришлось сделать над собой небольшое усилие.

– Глупости, - стихийник хмыкнул. – Бал для всех. И мы, как отец и мать близнецов, должны быть на празднике вместе.

– Мне не с кем оставить детей.

– Это всего на один вечер. Что-нибудь придумаем.

– Нет, - я отрицательно покачала головой. – Я не оставлю детей с незнакомой гувернанткой. Тем более, сейчас, когда и студенты, и преподаватели под угрозой беспричинного осушения.

– Алис, - Блум вдруг перехватил мою руку сильными пальцами и посмотрел прямо в глаза, завораживая и притягивая блеском темных бездонных радужек, - со мной ты и дети в полной безопасности. Даю тебе слово.

И таким низким проникновенным тоном это сказал, что по спине побежали мурашки, а горло неожиданно пересохло.

Странно. До этого дня магистр хоть и проявлял ко мне интерес, но в атаку не шел. И вдруг столь бурная неконтролируемая симпатия? А ему часом не подлили сегодня в питьё приворотное зелье?