Книга Плен, страница 117 – Кристина Нордис

Дни для нас тянулись как всегда. Утром и в обед я появлялась на завтраке в компании двух гончих. Перед этим Дозор не выпускал из комнаты, пока не выпью кувшин крови. Отвращения это уже не вызывало, и вошло в привычку.

Количество мужчин за завтраком или обедом неизменно менялось. Но я всегда была единственной женщиной среди них. Существа встречали вежливой улыбкой, а я вела себя свободно и достойно.

Если муж приходил раньше, все ожидали меня. Его аура всегда обдавала меня теплом и заботой. А еще спокойствием. Иногда он выглядел уставшим и задумчивым, но при мне не проявлял агрессии. А ведь я знала о его взрывном характере!

Больше в кабинет мужа я не врывалась абсолютно, не интересовалась заводом.

Вулкан раздобыл новую карту — тогда как один из клерков Ниассара ее потерял, за что получил нагоняй от начальства. Впрочем Ниассар без причины никого не увольнял, а только нагружал работой— со слов Вулкана. Даллин подтверждала.

Иногда молчание за столом разбавляли разговоры ни о чем. Задать вопрос жене Владыки смел далеко не каждый.

Ниассар как-то спросил устраивает ли меня леди Вессель, и не нужно ли ее заменить или прислать кого-то еще. На что получил жесткое "нет" — никого не нужно и сухое "устраивает" наряду со взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

Теперь он начал осознавать, что другие секретари не такие, как Вессель, но отобрать у меня ее уже невозможно.

Я уже не человек. Со мной-человеком можно договориться, но сущность будет сражаться за это их вечное "МОЕ". Знали ли они кто я? Чувствовали что-то во мне кроме силы? Скорее всего нет. В мою ауру вплелись темные нити. А вот я чувствовала, что там людей нет. Но никто не разглядывал мою сущность, значит не знал.

Сыновья Владыки вели себя тихо и вежливо. Их график тоже достаточно жесткий. Они обучались всему, а дома занятия их контролировались почти каждую минуту преподавателями, и помимо того должны были в свободное время присутствовать на заседаниях Хафсаяра, предварительно ознакомившись с принятыми отцом на сегоднярешениями. Это сказала Даллин. Может и правильно, нечего этой компании шататься без дела. Буду ли я столь требовательна к своему сыну? Посмотрим.

Империя очень жестко готовилась к войне. О которой ни я, ни Даллин не догадывались. Как и о том, что светлые и ректор еще здесь. Я верила в мудрость мужа и в то, что он их не убьет. Почему? Да может из той же наивности, что была мне присуща всегда и называлась "Вера в своего мужчину".

А после завтрака шла в оружейную. Там уже ждала Даллин.

Едва открывалась дверь, ипостась вырывалась наружу. Я не могла ее удержать или контролировать. Всего лишь волосы окрашивались в черный и становились длиннее, на руках вырастали когти — короткие, три сантиметра и розовые, кстати совсем не острые, мягковатые, и появлялись клыки. Глаза из синих становились черными. Из меня получился какой— то недоделанный полукровный демон.

И только двое довольны моим видом. Тьма и мой демон. И скорее всего тем, что я пью кровь и ношу ребенка. А потом? Вот встретит он прекрасную демоницу, и прощай Изабель? Она прекрасна, а ты уродлива и не соответствуешь эталону красоты демонов? Сошлет меня подальше или подарит дворец? Из которого я как из клетки не смогу выйти?

Тьма... что ты из меня лепишь?