Книга Сирота для Стража Альянса, страница 56 – Маша Малиновская

— Ещё бы я не пришёл, — он усмехнулся. — Ты так громко звала на помощь в моей голове, что она у меня едва не взорвалась.

— Только поэтому? — наверное не так уж я и слаба, раз у меня хватило сил на слабую улыбку в ответ.

— Ну не только. Я слишком тебя хочу, чтобы позволить утопить в этом дрянном баке.

Несмотря на своё состояние я почувствовала, что краснею. Меня держал на руках тот, от кого я бежала, кого боялась как огня. Охотник. Мой преследователь. И именно сейчас я чувствовала себя максимально защищённой. Даже несмотря на объективную картину происходящего, меня окутало ощущением безопасности.

Мне не нужны были его слова. Я чувствовала его отклик. Чувствовала тепло, что струилось от шеи по позвоночнику — мягкое, спокойное, не такое колючее и встревоженное, как раньше.

Он принял?

Похоже.

Это удивляло и дезориентировало. Но не вызывало недоверия или сомнений.

Однако против нас всё ещё была целая галактика.

Рядом взвыла сирена и замигали аварийные огни. Запоздало даже как-то. Это заставило меня вздрогнуть, вцепиться в Эллиота крепче и оглянуться. Он разгромил эту жуткую лабораторию, чтобы спасти меня. И мы всё ещё стояли на залитом водой полу, полном осколков.

— Что дальше? — я подняла глаза на его лицо. Эллиот выглядел хмурым и решительным.

— Попытаемся выбраться отсюда.

Эллиот бежал по коридорам со мною на руках, потому что у меня самой не было сил не то чтобы бежать, а даже стоять. Крепко прижимал меня к груди и нёс так бережно, словно наивысшую ценность.

Коридор-поворот-коридор-поворот. Звуки сирен разрывали перепонки, световые сигналы ослепляли. Уверена, по тревоге были поднята и охрана, и солдаты.

— Страж Альянса пять-пять-три-ноль, остановитесь и сдайте объект, — твердил голос из динамиков то там, то тут. — Предательство карается по статье двенадцатой Устава Альянса. Измена Гидре. Измена присяге. Сдайся, и тебе сохранят жизнь, Эллиот!.

— Пошёл ты, Рубин, — бросил на ходу Эллиот, продолжая нестись с мной по коридорам.

Я не знала, прорвёмся ли мы, и был ли у Эллиота какой-то план, но сейчас, в эти самые секунды, пока он уносил меня из той ужасной лаборатории, я впервые за всю свою память чувствовала себя в безопасности.

Эллиот касался браслетом то одной двери, то другой, и те открывались, пропуская нас. Сзади слышался топот ног — погоня, но мы петляли, успевая проскочить в очередной коридор до того, как попадём в поле зрения преследователей.

Когда Эллиот в очередной раз ввалился в одну из дверей, за ней не было комнаты или коридора, а была лестница. И и в самом низу её нас ждала Яра. Она была вся мокрая, по волосам стекала вода.

Её тоже пытали?

— Успела?

— Успела, — быстро кивнула она в ответ на его вопрос. — Путь открыт.

— Держи, — он переложил меня ей в руки, а Яра с лёгкостью подхватила. — Мне нужно вернуться за отцом.

— Уж кого, а его точно мне тащить не хочется, — закатила глаза Яра, но после острого взгляда Эллиота цокнула языком и замолчала.

Эллиот снова скрылся за дверью, а я попросила Яру поставить меня на ноги. Голова кружилась, но в целом устоять получилось и даже понемногу идти с её помощью.

— Они пытали тебя? — Яра заключила в ладони моё лицо и посмотрела в глаза с болью. Это было её первое проявление материнской нежности, и оно ярко отозвалось и в моей душе.