Книга Эльфийка-травница для дракона-циника, страница 16 – Лиззи Голден

― Не вижу никакой проблемы. ― Сайрен подходит к окну, глядя на сумрачное серое небо и голые ветки, кажущиеся на его фоне страшными черными скелетами. ― Только зачем на кухне? Можешь воспользоваться моей лабораторией…

«Пока у тебя есть такая возможность», ― хочет добавить он, но замолкает, прервав себя на полуслове.

И вообще он непонятно зачем слишком много позволяет этой эльфийке. Лабораторию ей уступил. Впрочем… ему она ни к чему. Так что пусть эта красотка там ваяет свои отвары, если уж ей так хочется.

― Нет, нет, что ты, ― бормочет Мирина и снова краснеет. ― Я буду готовить на кухне, повар мне разрешает. Мне нравится экспериментировать с травами и ягодами, ― добавляет она совсем тихо.

Именно таким и должен быть травник. Который горит этим делом, обожает все эти травки, цветочки, ягодки… Сайрен только вздыхает. Он действительно не понимает, почему Мирина так стесняется своего увлечения. Оно вполне подходит для эльфийки, ничего удивительно нет.

― Вот что, достаточно, ― решает он поставить точку на этом бессодержательном разговоре. ― Занимайся своими травами, сколько влезет ― только мне не мешай, ― предупреждает он. ― И за ребенком получше следи, чтобы был тепло одет и накормлен.

А вот это не его дело. Но он все равно это говорит. Зачем-то.

― Просто мне не хочется слышать, как он оглушительно чихает и кашляет ― больше всего на свете я ценю покой.

Мирина снова поднимает на него глаза, полные благодарности. За что интересно она его благодарит, за суровый тон?

― И я должен проверить, как работают те снадобья, что целитель прописал, ― прочистив горло, говорит он. Ему не хочется признавать даже самому себе, что его тянет в ту комнату, где он оставил больного, тяжело дышащего и хрипящего мальчишку. Он просто должен услышать его ровное дыхание и убедиться, что с ним все в порядке. Что в ближайшее время похорон в его поместье не намечается.

У него хватает благоразумия не высказывать все это Мирине.

Они вдвоем направляются к Илаю. Когда Сайрен входит в комнату, мальчишка чуть не подскакивает на постели. Причем его восторженный взгляд направлен вовсе не на мать… а на него самого.

― Как ты себя чувствуешь? ― как можно суше произносит он.

― Илай, ляг в постель и укройся, ― мягко журит эльфийка и сама поправляет ему одеяло.

― Хорошо, ― немного хриплым голосом говорит мальчишка, улыбаясь ему. Его щеки все еще горят, но уже не так сильно. И голос получше стал. Что ж, завтра должно пойти на улучшение. По-другому просто и быть не может.

― Спасибо тебе за заботу, Сайрен, ― тепло произносит Мирина, гладя по голове Илая. ― Милый, что нужно сказать?

― Спасибо, дядя Сай! ― хрипит тот. Счастливая улыбка не сходит с его лица.

Сайрен только глаза закатывает. И почему ребенок решил называть его именно так?

― Надеюсь, у тебя хватит ума не выплевывать все эти лекарства, а проглатывать их целиком, ― ворчит он зачем-то. ― Я не хочу, чтобы в моих комнатах лежали всякие больные мальчишки…

― Что вы, я совсем не хочу умереть от какой-то простуды. ― Илай снова приподнимается на кровати. Он все время ведет себя так, будто хочет из нее выпрыгнуть, и это хороший признак: значит, ему уже намного лучше. ― Вот мой папа умер из-за дракона, это куда круче, правда?

― Илай! ― испуганно восклицает Мирина, зажав ему рот ладонью. ― Не обращай внимания, Сайрен, ― бормочет она, приподняв плечи, будто чего-то боясь. ― Он… у него лихорадка, не понимает, что говорит…