Книга Измена. Попаданка в положении, страница 57 – Елена Белильщикова

— Я не поеду обратно в твой замок. Это не обсуждается, — сказала я твердо, но с моих губ все равно сорвался вздох.

Филипп встал со скамейки так резко, будто я ему кнопку туда подложила, как противному учителю. Он выпрямился, напряженный, разозленный. Казалось, пальчиком тронь — и молнии затрещат.

— Потому что ты все еще считаешь меня монстром? — бросил Филипп мне в лицо. — Отравителем, теперь и убийцей. Да, милая? Тогда зачем бы я потащился в дом лекаря, подставился под опасность. Ты забыла, в чьей милой компании я провел эту ночь? Дознавателя Уильяма Грейса, который с легкостью отправил бы меня в тюрьму, а может, и на эшафот.

— Дело не в этом, — скривилась я.

Понимала, что выглядит это гадко. Филипп делал все, чтобы завоевать мое доверие, а я… Впрочем, он быстро оборвал мое самокопание. Наклонившись, Филипп перехватил меня за плечи.

— Так в чем же, Элион? — он внимательно посмотрел мне в глаза.

Я вздохнула, повела плечами. Филипп нестал давить и отпустил. Я встала, но так и не решилась поднять на него взгляд. Во рту пересохло от волнения. Если бы он рвал и метал, орал, пытался забросить меня по-дикарски на плечо и уволочь домой, противиться ему было бы куда проще! Чем терпеть этот чуткий и прожигающий одновременно взгляд.

— Я… пока не могу вернуться, — выдавила я. — Жить с тобой под одной крышей. Ложиться в одну постель. Быть твоей женой. После всего, что случилось.

Филипп усмехнулся. Я не увидела этого, услышала короткий выдох.

— Пока? — промурлыкал Филипп, поднимая мой подбородок пальцами.

— Я оговорилась! — вспыхнула я.

Я осторожно накрыла ладонь Филиппа своей, пытаясь отстранить. Мягко, ненавязчиво. Сама не понимала, куда делась та бойкая попаданка, которая без зазрений совести могла залепить пощечину паршивому изменнику! Теперь я робела рядом с Филиппом. Будто… мне не хотелось причинять ему боль, когда он вел себя так тепло и нежно. Ведь в прежней жизни, на Земле, мужчины чаще вытирали о меня ноги. Поспорить в университете на девчонку-заучку? Да запросто! Позвать замуж, чтобы требовать пять блюд в день? Как так и надо! Филипп же даже смотрел на меня иначе. Психовал, конечно, не без этого. Но увидев, что мои подозрения не каприз, впрягся со всем этим разбираться.

Он перехватил мою ладонь, поднося к лицу. Даже не поцеловал, потерся нежно губами о кончики пальцев. У меня перехватило дыхание, но я все-таки взяла себя в руки.

— Филипп, послушай, — со вздохом отстранилась я. — Я очень ценю то, что ты пытаешься завоевать мое доверие заново. Ценю, что ты потащился в дом лекаря, рискуя своей свободой и жизнью. Для меня это важно. То, что ты чутко относишься ко мне, моим страхам и подозрениям, даже если не разделяешь их. Только понимаешь… Разбитое сердце не заживает по щелчку пальцев.

— Ты никогда так со мной не разговаривала, — тихо, будто очарованно, проговорил Филипп. — Ты так сильно изменилась.

Мое сердце дрогнуло, сбилось с ритма. Я не могла поверить, неужели я, именно я, попаданка, нравлюсь Филиппу больше, чем настоящая Элион! Но стоило покопаться в воспоминаниях, как я могла это понять. Видимо, он повелся на красивую мордашку этой барышни и ее милое кокетство в обществе: взмахи веером на балу да стрельбу глазками из-под опущенных ресниц. В реальности же светлыйобраз развеялся. Филиппу было попросту не о чем говорить с Элион: она не то раздраженно, не то капризно вздыхала, стоило заговорить с ней о чем-то серьезнее погоды. Но даже если Филипп женился на пустышке, как я могла сказать ему правду? Ведь когда-то он влюбился в Элион.