Книга Измена. Попаданка в положении, страница 8 – Елена Белильщикова

— Филипп не тот, на кого можно опереться! — возмущенно выпалила я, и эти слова звонко разнеслись по коридору. — Помоги мне, и я справлюсь сама!

Александр поднял руку, останавливая меня.

— Разговор окончен. Я не буду помогать тебе разрушать твою семью, — отрезал он. — Филипп добр с тобой, заботится, никогда не обижал, руку не поднимал, ведь так? Так что возьми себя в руки. Вам просто нужно забыть о случившемся и двигаться дальше. У тебя есть все, о чем может мечтать женщина.

«Вот только я мечтаю о другом! — с отчаяньем подумала я. — О верном муже. О хорошем отце для своего ребенка. Раз уж волей судьбы у меня теперь будет малыш, я должна позаботиться о нем!»

Наверно, не стоило орать нелестные характеристики Филиппа на весь замок. Ведь вспомни заразу — появится сразу. За спиной раздались жесткие, как у солдата, шаги. А может, это мне так показалось в повисшей тишине.

— Дорогая, ты выглядишь бледной. Тебе лучше вернуться в постель и отдыхать, как и сказал лекарь, — строго произнес Филипп.

Мне бы залепить ему пощечинуи броситься наутек? Но на таком сроке маловероятно, что я оторвусь от Филиппа хоть на минуту.

— Я приеду позже, — Александр с мягкой улыбкой коснулся моего живота. — Береги себя и малыша, Элион.

Брат ушел. Он так и не понял, не поверил, что как раз здесь мне с малышом угрожает опасность! Закрывшись в себе, не говоря ни слова, я тенью последовала за Филиппом в спальню.

Он оставил меня одну, и мой взгляд случайно упал на зеркало. Да уж, болезнь и слезы никого не красят… Побледневшая, встрепанная, с еще влажными ресницами. Но даже так было видно, что тушка мне досталась, что надо. Невысокая, с тонкой талией и высокой грудью, которая за счет беременности налилась и выглядела еще лучше. Длинные темно-каштановые волосы лежали мягко и шелковисто. На бледном лице контрастно выделялись выразительные карие глаза и губы, которые даже без помады выглядели вишневыми. Вот только… Филиппу красавица-жена что шла, что ехала.

Нужно было продумать побег, пока он снова не попытался навредить малышу. Просчитать варианты. Ведь я не имела права ошибиться! Я ответственна не только за себя, но и за ребенка. Нужно было хорошенько покопаться в воспоминаниях, понять, как выжить в новом мире… Но заняться этим я не успела. Ведь в дверь постучали, и внутрь вошла пожилая служанка. Та самая, что помогала таскать коробки.

— Господин Филипп сказал с Вами посидеть, — сообщила она, усаживаясь в кресло в уголке. — Вдруг плохо станет или еще чего. Да и говорит, поругались вы страшно, как бы дел ни наворотили! Я тут, в уголочке посижу, повяжу чуток, а Вы отдыхайте, госпожа, я мешать не буду.

Я вздохнула. Все ясно, Филипп решил перестраховаться на случай моего побега. Оставалось только послушно лечь в постель и прикрыть глаза. Что ж, восстанавливать силы тоже нужно. Больной и слабой я далеко не сбегу.

К вечеру ко мне заглянул Филипп. Служанка ушла, и мы остались наедине. Я взволнованно глянула на закрывшуюся дверь. Потом перевела взгляд на лицо Филиппа. В теплом свете одинокой свечи оно выглядело мягче, еще красивее.

— Мне сказали, ты отказалась от ужина, — Филипп сел на край кровати.

— Не хочется.

Я отвернулась, подтягивая на плече ночную рубашку. Она была такой тонкой, из нежной белой ткани, что казалась прозрачной. Особенно под пристальным взглядом муженька. Филипп перехватилменя за подбородок, силой заставляя посмотреть в лицо.