Книга Любимая жена-попаданка для герцога, страница 80 – Ульяна Соболева

— Райнар, это... это потрясающе!

— Это ещё не всё, — он улыбнулся. — Он также официально одобрил создание твоей Медицинской академии. Выделил здание, финансирование, поддержку.

Я села, уставившись на него.

— Серьёзно? Академия? Настоящая?

— Самая настоящая, — он притянул меня обратно к себе. — Открытие через три месяца. Ты будешь директором. Со всеми полномочиями нанимать преподавателей, разрабатывать программы, устанавливать стандарты.

Радость захлестнула меня волной. Академия. Моя мечта. То, ради чего я боролась.

— Это... я не знаю, что сказать.

— Скажи, что останешься, — попросил он. — Что больше не уедешь. Что мы будем строить это будущее вместе.

— Останусь, — пообещала я. — Навсегда. Куда я денусь от идиота, который рвёт мои платья?

Он рассмеялся, и звук его смеха был лучшей музыкой, которую я слышала за три месяца. Остаток дня мы провели в постели — разговаривая, смеясь, занимаясь любовью снова и снова, как будто пытаясь наверстать каждый день разлуки. Мир за дверями наших покоев мог подождать. Дела, обязанности, планы — всё это могло подождать. Сейчас было только мы. Наконец-то вместе. Наконец-то целые.

Вечером, когда за окном зажглись звёзды, мы лежали в объятиях друг друга, укрытые одеялом и счастьем.

— знаешь, — сказал Райнар, целуя мою макушку, — я думал, что первая неделя разлуки была самой тяжёлой. Ошибался. Каждый день становился всё тяжелее.

Особенно ночи.

— Для меня тоже, — призналась я. — Я лежала в той холодной постели и вспоминала нашу последнюю ночь вместе. Как ты держал меня, как мы были близки.

— Я делал то же самое, — его рука скользнула по моему бедру. — Вспоминал каждое прикосновение, каждый поцелуй. Это было сладкой пыткой.

— Но теперь мы вместе, — я повернулась к нему, глядя в глаза. — И я не собираюсь тратить время на воспоминания, когда могу создавать новые.

— Мудрая мысль, — улыбнулся он, притягивая меня ближе.

Мы снова занимались любовью — медленно, нежно, наслаждаясь каждой секундой. Это было не отчаянное желание первой встречи, а что-то глубокое, интимное, наполненное любовью и благодарностью за то, что мы снова вместе.

Когда мы достигли экстаза, это было тихо, почти мистически — волна блаженства, прокатившаяся по телу и душе одновременно. После мы просто лежали, переплетённые, слушая дыхание друг друга.

— Больше никогда, — повторил Райнар в темноте. — Никогда больше я не отпущу тебя.

— Хорошо, — согласилась я, засыпая в его объятиях. — Потому что я никуда не собираюсь.

За окном шумел ночной город. Где-то дальше, в Альтерии, Изольда начинала свой путь врача. Где-то король готовил реформы. Где-то рождались и умирали люди, которым я могла бы помочь. Но сейчас, в этот момент, весь мир сузился до этой комнаты, этой постели, этого человека рядом со мной. Моего дома. моей любви.

Моей жизни. Я была дома. Наконец-то дома. И это было всё, что имело значение.

Есть вещи, которые врач распознаёт мгновенно. Перелом. Инфекцию. Аппендицит.

А есть вещи, которые врач отказывается признавать, даже когда все симптомы кричат в лицо громче духового оркестра на королевском параде. Особенно когда эти симптомы касаются её собственного тела.

Я, Вайнерис Эльмхарт, обладательница медицинской степени и звания "Женщина, которая провела неделю после воссоединения с мужем в состоянии непрерывного счастья", стояла над ночным горшком и блевала так, словно пыталась вывернуть наизнанку все внутренние органы разом. Это было третье утро подряд. И если первые два раза я списывала на несвежую рыбу и усталость после путешествия, то сейчас, когда желудок выворачивало от одного запаха утреннего кофе, отрицание становилось просто глупым.