Книга Сиротка в Академии Драконов 3, страница 33 – Оксана Гринберга

И в честь этого – то есть в мою честь, а также моих дракониц и успешного призыва, – этим вечером в Карассе будет праздник, и все за счет Черного Дрейка.

- Ты станешь на нем почетной гостьей, – даже не пригласил, а скорее предупредил он, в очередной раз подтверждая, что от меня здесь ничего не зависит.

Мое дело – призвать дракониц, усилив влияние Веллардов и оборону Карассы, а потом во всем слушаться бывшего адмирала.

- Буду, – сказала ему. – Но сперва нам стоит серьезно поговорить, а затем я собираюсь встретиться с принцем Йоргеном. Он мой друг по академии. – Заметив, как помрачнело лицо деда, я пошла на попятную: – Пусть Йорген наш пленник, но он все же королевской крови. Я хочу узнать, как он себя чувствует, а заодно выпытать, что у него на уме.

Черный Дрейк немного подумал, после чего дал свое согласие.

Затем я предстала перед суровым взглядом Владыки, в чьих темных глазах отражалось прежнее безразличие – и к тому, кто я такая, и к тому, что я призвала двух драконов.

Кивнула на поздравление Лукаса, предупредив, чтобы тот не вздумал меня обнимать: драконицы у меня дикие, им такое не нравится. Объятия с дедом они пережили, потому он – моя родня, – а ко всем остальным относятся подозрительно.

- Надеюсь, это распространяется и на ходячую рыбу, – усмехнулсяЛукас, кивнув в сторону Кайрена, тоже покинувшего спину Варрока и теперь стоявшего на пристани.

Стоило ли говорить, что я не удержалась и заявила язвительно, что его это не касается?

Но Лукас привычно не обратил на мои слова внимания. Точно так же, как сделал это мой дед, хотя по дороге на «Хозяйку Морей» я несколько раз напоминала, бормоча ему в спину, что нам надо серьезно поговорить.

Дело неотлагательное, и Владыке нари тоже не помешало бы все услышать.

Но тот отправился по своим делам, даже не став брать меня в голову, и Кайрена с собой прихватил. Мне оставалось лишь надеяться, что принц сдержит обещание и расскажет о случившемся отцу.

Зато дед меня все-таки выслушал. Тоже собирался отправиться по делам, но я настояла. Очутившись в капитанской каюте, я уселась за стол; Черный Дрейк устроился напротив, а Лукас встал у стены, сложив руки на груди.

Оба смотрели на меня, но если в глазах у младшего Равенмора я видела интерес к моим словам, то дед лишь нахмурился и недоверчиво склонил голову. Ну да, когда он услышал, что мне удалось проникнуть в разум Бездны, воплотившейся в птичью стаю.

Тогда-то в его глазах появилось сомнение.

- А ты случайно ничего не перепутала, внучка? – спросил он, и по его голосу стало понятно: он мне не верит.

В золотые табакерки – осязаемое доказательство перехода на сторону Бездны – бывший адмирал поверил, потому что их можно было пощупать, а потом схватить адепта ордена Тьмы за шею и хорошенько его потрясти.

Получить от него ответы, а потом признание, что они сделали этот шаг из-за собственной слабости. Им было обещано успокоение, утешение и решение всех проблем, что они и получили – сладкий магический туман забвения, идущий из табакерки, из-за которого все проблемы больше не казались настолько серьезными...

О таком говорили все владельцы табакерок и примерно одними и теми же словами.

Зато в метафизическое воплощение Бездны в носителей табакерок дед верить не спешил.

То есть в то, что в облике священника в мою каюту являлся сам Ларге Крейген, как и в то, что именно он, а не его приспешники, лично выкрал медальон Фаргисов из дворца, заодно перебив всю стражу.