Книга Последний гамбит княжны Разумовской, страница 110 – Ульяна Муратова

— Ты к чему клонишь-то, Врановский? — задиристо спросил князь оборотников.

— К тому, Берский, что вы — основной подозреваемый. У вас был мотив — отказ князя Разумовского отдавать за вас дочь. У вас было орудие убийства — когти. У вас была возможность его совершить. Кроме того, имеется ещё одна улика, указывающая именно на вас.

Оборотник вспыхнул мгновенно:

— А с чего это ты начал распоряжаться? Кто назначил тебя следователем?

— С разрешения княгини Татьяны Мирославовны я взял на себя роль временного защитника клана. И перед всеми кланами ответственно заявляю: Разумовские находятся под защитой Врановских. Любую попытку оклеветать, обокрасть или причинить иной вред я буду расценивать как нападение на клан Врановских со всеми вытекающими из этого последствиями вплоть до объявления войны.

— Так, может, это ты князя убил, защитничек? А теперь пытаешься науськать толпу на меня?

— С полуночи и до момента, как были обнаружены тела Разумовских, я неотлучно находился с Дареном, Альбином и Светозаром, что они могут подтвердить. Тела мы со Светозаром обнаружили вместе, когда пришли к князю Василию Андреевичу с намерением сделать более выгодное предложение.

Белосокольские синхронно кивнули, подтверждая Сашино алиби.

— У меня вопрос к вам, Борис Михайлович. А где вы были этой ночью в районе трёх часов? — спросила я,врываясь в поток судьбы и расплёскивая предопределённость.

Он кашлянул:

— Ты знаешь, где я был, Настенька.

— Я однажды уже запретила вам подобную фамильярность, не заставляйте повторяться. Для вас я — княжна Разумовская. Так где вы были этой ночью?

— С вами, княжна Разумовская, — издевательским тоном отозвался он, говоря при этом правду, отчего стоящая рядом Аврора растерянно вздрогнула и побледнела ещё сильнее, став похожей на ракатицу.

— Ложь. Я всю ночь спала в детской, вместе с сёстрами. Они могут это подтвердить. Но пока оставим это, — я повернулась к стоящему поодаль Косте: — А вы почему оставили компанию друзей?

— Он ночевал рядом со мной, — ответила Морана. — Не доверял Берским и опасался, что они могут предпринять попытку меня похитить. Небезосновательные опасения, учитывая репутацию их клана.

Из-за амулетов я не могла сказать, лжёт Морана или нет, но мне хотелось ей верить.

— А вы, Мирияд Демьянович? Где были вы?

— Я находился в своих покоях, — ответил он, и это было правдой.

— В одиночестве?

— Да, — отозвался он, но на этот раз солгал.

Сердце забилось чаще от ощущения, что я нащупала догадку.

— Это не так! С кем вы были?

— Не ваше дело, Анастасия Васильевна, и к расследованию отношения не имеет, — хлёстко ответил он, и теперь вроде бы не врал. — Я был с дамой, но по понятным причинам имени называть не буду.

— Скажите, Мирияд Демьянович, а вы давали Берскому какие-то зелья или яды?

Он усмехнулся:

— Полозовские активно торгуют с другими кланами, и да, мы продаём Берским некоторые антидоты против укусов диких змей, лекарственные снадобья, а также настойки… от которых при передозировке могут случиться галлюцинации. Однако мы всегда предупреждаем покупателей о таком побочном эффекте и просим строго соблюдать дозировку.

Я обернулась к Берскому и вперилась в него немигающим взглядом:

— Вы принимаете настойки, вызывающие галлюцинации?

— Мои привычки — не ваше дело!

— Вы убили моего отца?