Книга Мой любимый хаос, страница 60 – Татьяна Сотскова

Снова школа, и вот ее первый поцелуй, который прерывает отец, который был готов оторвать губы этого парня и зашить ими глаза, чтобы тот больше никогда не целовал и не видел Анэн. Она испугалась за своего парня, но когда тот убежал, сверкая пятками, сильно в нем разочаровалась. Он ведь обещал ей, что будет за нее бороться.

Затем отец привел своего кандидата в женихи Анэн, и она, понимая, что так просто от него будет не отделаться, строит из себя полную дуру, шумную и назойливую, ревнивую и чересчур вспыльчивую. Парень продержался буквально три дня, после чего сбежал.

– Мы почти пришли, я вижу ворота академии, – сообщил мне Дэн.

– Сторож стоит на месте?

– Да, конечно.

– Срочно зовите Джека Талэо! – крикнул я, ни к кому не обращаясь, но ребята меня поняли.

– А что нам ему говорить-то?

– Вам ничего, я сам ему всерасскажу. А то еще попадете под горячую руку, такой и заживо закопает, и забудет, где именно. Причем случайно.

Я уже просмотрел, как Анэн и отец боролись за право выбирать парней, с которыми Анэн может встречаться, как они сошлись на ничьей, и вообще отец махнул на нее рукой, сказав, что она слишком похожа на него, а значит, бороться с ней бесполезно.

И вот поступление в академию. Наше первое знакомство, для нее я выглядел очень странно, но она была рада такому маленькому приключению в виде иномирянина. Все же не каждый день, да и не каждый год в их мире появляется кто-то из закрытого мира.

Вот в воспоминаниях первая ночь в общежитии, как я обманул ее, и ей от этого было весело. Она совсем не злилась, и даже этому удивилась. А еще ей очень понравилась моя реакция на то, что она смогла починить странную штуку у меня в руках, словно в ней вся моя жизнь.

А вот воспоминание о том, как мы после бала сидели в общей гостиной. Мне было странно, так как я помню все немного иначе. Ей очень нравились мои прикосновения, но она не хотела все продолжить вот так, без чувств и без взаимности. Она хотела мою душу, мое сердце и поняла, что влюбилась в меня. Она дала себе обещание, что заставит меня смотреть только на нее, и в таверне в этот же вечер сильно напилась.

Вот новое воспоминание, это ее сон. Такой яркий, живой. Ей страшно, потому что это может случиться с ней, но она нашла покой, когда я обнял ее, когда гладил по голове и шептал, что я рядом, и с ней все будет хорошо.

В этот момент стало особенно паршиво. Я не сдержал обещание, я не был рядом, я оставил ее одну. А ведь мои чувства, оказывается, взаимны. И почему я не сказал ей обо всем раньше? Что мне никто не нужен, что только на нее я и смотрю. Возможно, ничего плохого бы с ней тогда не случилось.

И снова воспоминание – как они с Мирэль придумывают план, как заставить меня ревновать ее к другому парню, а потом ей приходится через силу ему улыбаться, ходить на свидания и терпеть все его намеки на близость. Она видела, что именно он от нее хочет, но терпела, что бы вызвать у меня ревность. И она не знала, что у нее получилось, а потому не прекращала.

– Кто это? – раздался голос охранника, или как здесь его принято называть – сторож.

– Студент первого курса, Максим Самойлов. Мне надо срочно поговорить Джеком Талэо.

– А мне надосрочно поговорить с Императором. Но это не так-то просто, я бы даже сказал, что это невозможно. Так что иди в свою комнату, пьянь, выспись, а потом уже ищи Джека.