Книга Месть для дракона! Цель: сердце!, страница 67 – Татьяна Сотскова

— Значит, так, — сказала я, догоняя его. — Выходит, что ты будешь нашим живым щитом? Будешь героически подставлять свою неуязвимую спину под когти монстров, пока я, хрупкая смертная, буду отсиживаться у костра и жевать провизию?

— Именно так! — он торжествующе ухмыльнулся, снова повернувшись лицом по ходу движения. — Наконец-то ты поняла расстановку сил в нашей команде. Я — несокрушимая стена. Ты — мозговой центри… э-э-э… ответственная за аптечку и бутерброды.

— Бутерброды? — я подняла бровь, пробираясь за ним меж двух исполинских корней. — Значит, план такой: ты дразнишь Тенеклыка, а я в это время буду аккуратно намазывать масло на хлеб и бросать им в него, пока он не подавится и не сбежит.

— Гениально! — рассмеялся он. — План Б! Записываю. Только масло бери с чесноком, говорят, нечисть его не выносит.

Мы продолжали идти, наши голоса и смех казались крошечными и хрупкими в огромном, молчаливом лесу. Но с каждой шуткой, с каждой перепалкой первоначальный страх таял, сменяясь странным, новым чувством — не безопасности, нет, этот лес не мог быть безопасным. А уверенности. Уверенности в том, что с этим человеком — драконом — рядом, я справлюсь с любой опасностью. И что эта ночь, вопреки всему, может оказаться не такой уж и страшной.

Мы искали место для костра — свой маленький островок света и тепла в наступающей тьме. И с каждым шагом я чувствовала, как ищу и нахожу что-то еще — свое место рядом с нами.

Мы нашли почти идеальное место: небольшая поляна, с одной стороны подпираемая массивным валуном, с другой — омываемая неглубоким, но быстрым ручьем. Спина прикрыта, вода под рукой, отступление возможно в нескольких направлениях.

Разбивка лагеря прошла в привычном для нас ритме — под перестрелку колкостей и шуток.

— Личные границы монстра, говоришь? — Зенон вгонял колышек для палатки с такой силой, будто это было сердце того самого Тенеклыка. — Надеюсь, они включают в себя уважение к чужой собственности. А то я не хочу, чтобы он бегал по моему спальнику с грязными лапами.

— Не волнуйся, — парировала я, разворачивая сверток с провизией. — Я с ним поговорю. Объясню, что твой спальник — священная земля, и ступать на нее можно только с твоего дозволения. Письменного, подписанного великой мной, и обязательно с копиями в трех экземплярах.

— А что для тебя значат «личные границы», красотка? — спросил Зенон, уже совсем другим тоном — более тихим, заинтересованным, отложив в сторону молоток.

Я не подняла глаз, делая вид, что тщательно перебирает пакеты с едой.

— Защита, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал легко. — Стена вокруг моего разума. С пушистыми котиками наверху и колючей проволокой под током внизу. Пересечь можно. Но только самым настойчивыми… избранным.

Дракон замолчал на мгновение, и тишину нарушал лишь шепот ручья.

— Я бы отдал все на свете, — произнес он наконец, и в его голосе не было ни шутки, ни нажима, — чтобы на одно мгновение заглянуть за эту стену. Узнать, о чем ты думаешь. Прямо сейчас.

Сердце сжалось.

«И я бы отдала все, чтобы тебе не пришлось штурмовать эту стену. Чтобы ты мог просто войти, и мне не пришлось бы подбирать слова, объяснять, оправдываться…»

— Это было бы скучно, — я все же заставила себя поднять на него взгляд и улыбнуться. — Сплошные таблицы, графики и расчеты, как лучше всего ослепить дракона с блестящей броней. А так… мне самой многое интересно. О тебе.