Книга Смертельная жара, страница 51 – Патриция Бриггз

— Сейчас на вас работает много людей, — сказал Чарльз.

Кейдж кивнул.

— Это потомучто мы занимаемся всем: разведением, тренировкой, продажами. И мы участвуем в выставках разных классов. Это значит, что у нас много сотрудников, но мы диверсифицируем бизнес. Сейчас больше всего денег приносят лошади для выездки, но Хостин считает, что слишком большое уклонение в одно русло может навредить бизнесу.

И Хостин всегда будет управлять этим местом, никогда не состарится и постепенно передаст бразды правления своему внуку. Анна задумалась, беспокоит ли это Кейджа.

Пока они шли к меньшей арене, лошади, стоявшие вдоль прохода, высовывали головы из стойл, которые были более чистые и красивые, чем номера во многих отелях, где останавливалась Анна. Пока они шли, Кейдж непринужденно болтал с Анной, Чарльзом и с лошадьми.

— Мы тренируем как своих лошадей, так и чужих. Привет, Боунз, тебя достаточно кормят? Большинство лошадей, которых я собираюсь вам показать, наши. Но парочка лошадей принадлежат другим людям. Привет, моя девочка, какая ты прелестная сегодня. Моркови нет, извини. Вам не нужна дорогая лошадь. Хорошие выставочные лошади стоят дорого, так что в основном я собираюсь показать вам лошадей, которые не подходят для выставочной арены. Но Хостин включил в список несколько выставочных лошадей, просто на всякий случай. Кто моя хорошая, замечательная зверушка? Да, это ты.

Это оказалась круглая маленькая арена примерно в четверть размера большой арены, мимо которой они прошли ранее. Забор был сделан из фанерных листов, покрытых вмятинами и царапинами, но все еще прочных. Кейдж провел их внутрь и закрыл ворота, когда на арену вышла миниатюрная женщина в кожаной одежде, ведя за собой небольшую гнедую кобылу, уже оседланную западным седлом, украшенным серебром.

— Это Хани Бэй Би, — сказал Кейдж. — Ей двенадцать лет. В годовалом возрасте мы выставляли ее на региональных соревнованиях по выездке, а затем год готовили как фьючери-лошадь под охотничье седло. Она больше не подходит для разведения, поэтому мы еще год тренировали ее и теперь продаем как перспективную лошадь для любителей.

Анна попыталась сделать вид, что понимает, о чем он говорит, но ее сбили с толку слова «региональный» и «охотничье седло».

— Спрашивай, — предложил Чарльз.

— Охотничье седло?

— Английское седло, — объяснил Кейдж. — Но лошади идут рысью, а не галопом, какв английских классах. Ты поймешь, что я имею в виду.

Тери грациозно вскочила в седло и шагом, рысью и галопом объехала загон. На лице Тери сияла широкая улыбка, хотя лошадь выглядела слегка раздраженной.

Кобыла чувствовала раздражение, когда Анна села в седло гораздо менее грациозно. Она шла, бежала и скакала для Анны с таким же энтузиазмом, как ребенок, делающий домашнее задание. Кобыла прижала уши, словно говоря, что ей смертельно скучно.

По крайней мере, Анна не опозорилась перед всеми.

Чарльз покачал головой, прежде чем Анна слезла с седла.

— Она служит эталоном, — сказал Кейдж. — Но нет.

В этот вечер Анна проехала на четырех лошадях. К третьей лошади она почти перестала стесняться ездить верхом перед практически незнакомыми людьми, которые знали о лошадях гораздо больше, чем она. И это хорошо, потому что четвертой лошадью, которую для нее привели, оказался крошечный мерин, который был «английским прогулочным, но не совсем парковым» — что бы это ни значило. Сначала на нем прокатился Матео. Анна сразу поняла, что имел в виду Кейдж, когда сказал ей, что по-английски прогулочный это «ноги вверх», а не «наружу». Ноги коня были длинные и мускулистые.