Книга Не буди во мне ведьму, эльф!, страница 11 – Юки

В этот раз сад пустовал, видно было слишком рано для прогулок, и я наслаждалась тишиной и уединением, оставшись один на один со своими мыслями. Что ж, есть все же в этом мире своя прелесть, и если избавлюсь от нерадивого муженька, а еще лучше отсужу у него половину состояния, будет и вовсе прекрасно. Кажется, законыздесь похожи на наши, так что все возможно.

Обойдя весь сад вдоль и поперек, и слегка устав, я направилась к беседке неподалеку, собираясь отдохнуть. Но замерла, услышав странные звуки, донесшиеся изнутри. Стоны, ритмичный скрип, долгие вздохи и чье-то тяжелое дыхание.

Щеки вспыхнули огнем, когда я поняла, что застукала кого-то за любовными утехами. Везет же мне на это…

Я резко развернулась, чтобы уйти и не мешать. Но застыла на месте, услышав страстный женский голос:

— Ох, Тиллариэль, прошу, быстрей!

Да, я не его жена, и никак прав ревновать к меня не было. Но какого черта! Почему я должна терпеть подобное к себе отношение, что в том мире, что в этом?

Как вообще настоящая Амелия с ним жила? Неужели ей настолько было плевать на собственного мужа? Или она просто терпела?

Злость взметнулась всепоглощающей волной, и я, сжав кулаки, зашла в беседку, наплевав на то, что могу там увидеть.

Голый зад муженька вызвал дежавю, и я едва удержалась, чтобы снова пнуть его. Вместо этого схватила с накрытого столика кувшин с чем-то бордовым и пахнущим ягодами, и с огромным удовольствием вылила на голову ему и той блондинистой стерве, что стонала под ним.

Девка взвыла, пытаясь выбраться из-под Тиллариэля, а он сам подпрыгнул чуть ли не до потолка, тут же развернувшись и на ходу натянув брюки. Я тут же отвернулась, краснея при виде раздетой любовницы мужа, хотя скорей меня смутил его голый торс.

— Что ты творишь, сумасшедшая ведьма⁈ — прорычал эльф, вцепившись мне в плечи и развернув к себе. — Ты совсем ополоумела?

Я ойкнула от боли, так сильно он впился пальцами в кожу, и эльф, выругавшись, отпустил меня.

— Я требую развод! — тут же заявила я, отпрянув от него. — И не вздумай снова говорить про долг и свою репутацию! Ты давно растерял ее, имея всех подряд прямо за спиной у собственной жены!

Тиллариэль накинул рубашку и махнул рукой любовнице, чтобы убиралась. Блондинка сморщила носик, будто сейчас расплачется, оправила платье и пулей выскочила из беседки. А эльф повернулся ко мне и тихо, но злобно процедил сквозь зубы:

— Никакого развода! И еще раз позволишь себе такое, запру в башне на месяц, ясно!

Это оказалось последней каплей. Он что, себя бессмертным возомнил?

Ах да, так оно почти и есть, но это не означает, что я позволю так с собой обращаться! Ведьма я, в конце концов, или кто? Сомневаюсь, что Амелия бы спокойно выслушивала такое.

— Только попробуй… — прошипела я. — Прокляну так, что мало не покажется!

Тиллариэль криво усмехнулся.

— Из тебя ведьма всегда была никудышная. Поэтому ты замуж за меня выскочила, неужто не помнишь? Тебя ж в твоем Ковене ни во что не ставили. Так что заткнись и слушайся меня, Амелия. Это было последнее предупреждение.

Не дожидаясь моего ответа, он обогнул меня, испепелив напоследокгневным взглядом, и зашагал прочь, как ни в чем не бывало. И тут меня словно подбросило, а внутри все взорвалось злобой. Темной, всепоглощающей, такой, что на глаза словно упала пелена.