Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 37 – Александр Нетылев

Было в этом, если вдуматься, нечто демоническое. В Царстве Яростных Духов положение в обществе тоже определялось талантами и мастерством.

Только вместо того, чтобы писать эссе о классической философии, демоны предпочитали пожирать своих ослабевших предшественников. Это было гораздо практичнее.

И вкуснее.

Разумеется, немало было разговоров о том, что люди в последние дни «как с ума посходили». Оставленные без контроля, Цветы Греха делали то, на что были способны — распространяли свой аромат. И если находилось в сердце человека то, что откликалось на него…

Столичная полиция вот уже третий день разбиралась с «озверевшими» бандами трущоб. В пригороде нашли уже вторую зверски зарезанную девушку. Простые драки и скандалы никто даже не считал. А ведь было множество и того, на что не обращал никто внимания: далеко не каждый грех ведет к открытому насилию.

Ичэня всегда забавляло, насколько много зла скрывают самые благочестивые из людей.

А вот наводнение в южном Ханьяне никак с Цветами Греха связано не было.

«На этот раз я не при чем!» — негодующе подумал КорольДемонов.

Вот только кто бы ему поверил…

Узнал Ичэнь и множество полезных мелочей. Узнал он, что в преддверие войны поднялись цены на провизию; узнал, кто из чиновников в фаворе, где в столице лучший бордель и другую столь же животрепещущую информацию. Узнал он также и о том, куда лучше не ходить, если дорога жизнь.

Разумеется, туда он и направился.

В переулках портового квартала ему наконец-то удалось нормально перекусить. О, разумеется, он не опустился до того, чтобы питаться в трактире того неподобающего королю уровня, что ныне мог позволить себе на свои скудные деньги. Приметил Демон-Лис верзилу в безрукавке, слишком уж внимательно наблюдавшего за поздним прохожим, и с деланным испугом поспешил в безлюдный переулок.

Хотя на его королевский вкус, печень уличного грабителя была излишне проспиртована.

Вернувшись в не столь обшарпанные кварталы, Король Демонов в пару прыжков взобрался на крышу многоэтажного здания и, не спеша доедая свою добычу, задумался, что делать дальше. Закатное солнце окрашивало городской пейзаж в живописные тона, настраивая его на меланхоличный лад.

Несомненно, он мог жить питомцем Жунь Ли, а в свободное время выходить на охоту. Живи себе, наслаждайся лаской, теплым домом и объятиями и ни о чем не думай.

Но Мао Ичэнь был зверем по натуре своей деятельным и совсем не такой жизни себе желал.

— Итак, какой у нас план, Ваше Величество? — сам себе сказал он, доев остатки печени и совершенно по-звериному облизывая губы.

Там, в Царстве Яростных Духов, он тоже любил проговаривать свои планы вслух, — но все же давно он не походил на безумца, говорящего с самим собой. Для «обсуждений», какие не стоило слышать даже самым преданным воинам, у него был немой и калечный раб из числа мелких духов-свиней.

— Первое, что нужно, это закрепиться в обществе смертных. Я не буду вечно «малышом Бао-Бао».

Разумеется, пока что он не собирался упускать возможностей, что подарила ему переменчивая Судьба. Дочь министра юстиции открывала ему множество путей к успеху, — и он собирался использовать их все. Поэтому каждую ночь, засыпая в ее объятиях, он тратил часть накопленных духовных сил на то, чтобы внушить ей смущающие сны со своим участием.