Книга Таежный маг. Невеста Белого Мага, страница 55 – Софья Вель

— Нет. Мне теперь оно бесполезно.

Вероника вздернула брови.

— Когда в старости Маргарита спросит, кто виной всех её бед. Ты честно расскажешь ей о нашем разговоре.

Ник лучезарно улыбнулся и вышел из коморки. Ника осталась одна.

Экспедиция выехала только к вечеру, Марго сидела у окна микроавтобуса, Вероника была рядом. Обе девушки молчали, только Маргарита нет-нет, да смахивала с покрасневших глаз слезу и смотрела куда-то вдаль.

А Ника сидела, как чугунный горшок. Звеняще пустая. С манулом случилась беда, о чем горько сокрушался Олег Николаевич. Весь день зверь вел себя очень странно, из пушистого котика он превратился в настоящего и совсем неручного дикого кота. С большим трудом всей команде удалось загнать его в клетку. А когда они пришли на стоянку, клетка нечаянно открылась, кот выскочил и очень неудачно — прямо под колеса автомобиля. Спасти зверюгу не удалось, и теперь команда экологов ехала хоронить пушистого друга на берега Байкала.

Ника разглядывала симпатичный первоцвет, у них в Подмосковье такие тоже были. Желтенький, с остренькими листиками, кажется, его Мать-и-Мачеха зовут.

День был ясный, облака легкими лошадками набегали на солнечный диск. Вероника сидела на пригорке, и ждала, когда Марго закончит с отчетами.

Оказалось, что работа эколога совсем не такая простая, как думалось вначале. Прежде всего, надо было очень много и долго ходить, причем в любых погодных условиях. А еще надо было все собирать и фотографировать. Волей-неволей, Веронике пришлось освоить фотоаппарат, потому что авторежим плохо подходил для макросъемки. Да и для обработки нужен был какой-то роу-формат. Фотоаппарат оказался тяжелющим и очень сложным в настройках, а вот камера смартфона подошла отлично.

Ника пару вечеров помучилась со специальным режимом и наконец освоила сложные моменты: когда выдержку надо подержать подольше, а когда яркости прибавить. И теперь смартфон был буквально забит целым морем снимков Сибири в самом большом приближении. Нике очень нравилось. Правда, не столько съемки для отчетов, сколько снимать великолепные виды дикого края. Иногда они с ребятами забирались в такую глушь, что Нике казалось, будто они первые люди, там побывавшие. Ребята только отсмеивались. Мол, тут так все туристами затоптано, что скоро автострады из троп сделаются. За дикими местами надо ехать дальше…

Но для Вероники туристический Байкал и так был краем мира. И находясь на этом самом краю, Ника радовалась, что работы было много. От неё мыслей становилось меньше. А мысли почему-то были очень грустными. Каждую свободную минуту Вероника думала об Алексе. Умом страшно злилась, а душой тосковала.

Хотелось показать всю эту тысячу фотографий, хотелось узнать, что он скажет, хотя бы ради того, чтобы снова услышать его голос, мягкий, с теплыми нотками.

Хотелось повернуть время вспять. И что-то изменить, только вот, что?

Начитавшись психологических статей во всех соцсетях, Ника искала причину в себе и своем неврозе. А тоска вовсе и не думала уменьшаться, наоборот, ела поедом. Кусала, как муха. Иногда Нике очень хотелось все рассказать Маргарите, но девушка откровенно боялась сознаться. Да и Марго была сама не своя. Из веселой хохотушки и всеобщейлюбимицы девушка превратилась в молчаливую и грустную затворницу.