Книга Таежный маг. Невеста Белого Мага, страница 74 – Софья Вель

Адам Яковлевич достал носовой платок и вытер капельки выступившего на лбу пота, Вероника бездумно смотрела на движения следователя:

— Видите ли, Вероника Ивановна, одно из главных правил нашего мира — мы не должны быть обнаружены!

— Почему?

— Странно слышать этот вопрос от вас! — разочарованно фыркнул следователь. — Наверное потому, что больше всего на свете люди не любят инаковость,чужеродность!

— В последнее время общество стало толерантней, — осторожно заметила Ника.

— В последнее время ваше общество сошло с ума! Люди перестали даже понимать, как какому полу относятся! Безумие! Влияние вашей культуры крайне негативно сказывается на нашей молодежи! Вот, скажите, о чем должна мечтать приличная русалка?

— Об удачном улове? — Ника невольно потерла метку, вспоминая произошедшее на озере.

— Вот именно! А о чем они мечтают сейчас?! Найти себе добренького покровителя и работать у него мебелью с функциями постельной грелки.

Ника почему-то подумала, что при всей миловидности русалок, грелками им быть сложно, так и тянет речным холодом и тиной!

— Но давайте вернемся к вам, Вероника Ивановна. Верней, к вашей бабушке. Я помог ей скрыться, а через девять месяцев родилась ваша матушка. Представьте все мое разочарование! Самый обыкновенный человек, даже без каких-либо мутаций! Просто милая девочка.

Адам Яковлевич раздраженно тряхнул платком:

— Чудесные гены клана белых тигров никак не передались девочке, я был сильно расстроен, что скрывать! Но Ваша бабушка только улыбалась и говорила, что еще не время. Сознаюсь честно, когда последняя надежда, что магический талант таки проснется в вашей маме, угасла, я рассвирепел.

Вероника замерла.

— Ваша мама рассказывала вам, как встретилась с вашим отцом?

— Нет, — Вероника почувствовала, как по спине побежали ручейки пота.

— Ваша матушка была достаточно замкнутой, а внешностью, увы, пошла в своего отца. Прибавьте сюда привычку жить очень скрытно и по-советски скромно. У девушки совсем не получалось завязать отношения со сверстниками. И когда девушка грозилась стать старой девой и синим чулком, я понял, что Анна Николаевна попросту обманула меня, как до этого обманула Феликса! Я пришел к ней и потребовал объясниться, она только отсмеялась, что я слишком тороплю время!

Адам Яковлевич заметался по комнате, потом резко остановился:

— Вероника Ивановна, сознаюсь, в тот момент я готов был сдать Феликсу его сбежавшую невесту. Но слишком уж ненавижу старого людоеда! Я придумал кое-что получше…

Прокурор потер ручки. Вероника в каком-то отчаянии наблюдала за поведением этого странного существа. Что-то во всем разговоре подводило к тревожному выводу о роли самой Ники в долгой изапутанной истории.

— У вашей уже не слишком молодой мамы случился просто искрометный курортный роман! На неё, весьма угрюмую и молчаливую даму, обратил внимание просто волшебный красавец. Синеглазый и темноволосый сибиряк. Звали его Иваном. И я приходился ему… дядюшкой.

Вероника ошарашенно молчала. Выходит, все эти годы у неё все-таки был отец, была родня…

— И где же ваш племянник сейчас? — как можно отрешенней спросила Вероника. Назвать его отцом у неё язык не повернулся.

— Он мертв.

Ника ничего не почувствовала, кроме легкого разочарования, когда так и не находишь ответ на интересующий тебя вопрос.