Книга Путь к дому, страница 13 – Софья Вель

Нет, ему почудилось. Элладиэль его ненавидит. За дело ненавидит. Только теперь это неважно. Важно, чтобы нить не оборвалась!

— Алеон! — Элладиэль властно, по-владычьи окликнул засыпающего полукровку, но голос вдруг смягчился. — Пошли… Надо идти.

— Элладиэль, — Алеон через силу встал, не отпуская с рук горевшую огнем Сильвию. — Надо назвать детей. У них должны быть имена.

— Нет.

— Почему?!

— Мы их назовем… И Всевышний заберет.

— Ты хочешь укрыть детей от Ока Всевышнего? — Алеон изумился. — Кто, как не Он, видит нас сейчас!

— Мальчик почти не шевелиться, — отозвался Владыка глухо.

— Так назови его! — настаивал Алеон. — Не дай ему уйти без имени!

— Первой в этот мир пришла девочка, — выдохнул Владыка. — Ее имя должно быть первым… Как ты назовешь дочь? — спросил Элладиэль, уступая право первородства.

Кто из них отец детей по крови? Чье родовое имя они должны нести… хотя бы до Всевышнего? Раз нет рода, то пусть будет Воля.

Алеон посмотрел на небо. Луна… ее свет, холодный, и такой ему близкий. Вот бы нефрил был не зеленым пламенем, а светом луны! Неожиданное, почти стертое воспоминание озарило память. Они с Сильвией, счастливые и влюбленные, лежали на земле и смотрели на звезды.

"Алеон, смотри какая Луна! Как же она прекрасна!", — Алеону до луны дела не было. Ему хотелось, чтобы ночь не кончалась, чтобы Сильвия так и осталась рядом обнаженной, и не пришлось бы прятатьсяот Гаспаро.

Сильвия отвлеклась мыслями от их свидания, она увлеченно начала рассказ: «ты знаешь легенду о Селене, богине Луны?». Алеон помотал головой, притягивая Сильвию обратно, но девушка упрямо продолжала: «у нее было много возлюбленных, но больше всех она любила земного Эндимиона. Она приходила к спящему каждую ночь, любуясь и стремясь разбудить. Они так любили друг друга…», — убеждала собеседника девушка. Алеону было смешно от глупой легенды: «Он же спал!». Сильвия вспыхнула: «Какой же ты злой! Она родила ему 50 дочерей! А ты говоришь, спал!». Алеон тогда расхохотался в голос, а Сильвия обиженно фыркнула, он не стал дразнить сильнее. «Селена — красивое имя! Как думаешь?». Он не помнил, что ответил тогда…

— Владыка, нашу дочь зовут Селена. — тихо произнес Алеон.

— Селена? — Элладиэль улыбнулся старой легенде людей. — Луна, что встречает Солнце рассвета… И может видеть возлюбленного лишь в предрассветный час… Красиво.

Владыка помолчал, потом продолжил:

— Близнецы всегда очень близки друг с другом. Кажется, что они — часть одного целого. Иметь себе близнеца, — Владыка странно улыбнулся, горько и тепло одновременно, — все равно что иметь возлюбленную от рождения. Особый дар Творца…

Он помолчал еще несколько мгновений:

— Юношу-солнце, возлюбленного богини Луны, звали Эндимионом. На нашу речь Эндемион, — он взглянул на едва дышавшего малыша. — Выходит, ты у нас Эндемион?

— Теперь у вас есть имена, чтобы предстать перед Всевышним, — он хотел коснуться губами лба мальчика, и резко остановился в дюйме от лица малыша — что, если это убьет ребенка сразу?!

Он не успел заметить, как одна из прядей растрепанной ветром косы легонько коснулась лица девочки, Селены. Владыка окаменел от ужаса. Сердце пропустило несколько ударов. Это конец!

Неожиданно девочка оживилась, потянулась к пряди, как прежде тянулась к груди матери. А за ней потянулся и Эндемион.