Книга Сети Поднебесья, страница 85 – Софья Вель

Плакала ли она тогда?

Еще одна капля разбилась ладонь.

Любила ли?

Она хотела выпросить у Неведомого шанс все исправить. Изменить. Она будет любить, так, как всегда боялась:с дрожью в коленях и слезами на глазах, будет гладить по русым волосам! Только отсрочь-отсрочь час. Мучитель.

Смерть всегда потрясает, бьет наотмашь. Она может это сделать резко — была жизнь и нет: вырвана, отсечена. Оторопь сменяется ударом. Мгновение назад все было возможно, все поправимо, а теперь нет. Утрата. Дыра. Истеричная боль накатывает, как приступы лихорадки, не оставляя места ни для чего больше, её сменяет полное опустошение… И так по кругу.

Но порою смерть куда коварней. Она приходит тихо, выманивая душу на дорогу к Полым Холмам[1]. Борьба, поначалу казавшаяся игрой, настораживает и пугает. Приходит страх, гнев и торг, но смерти все равно. Ей ничего не нужно. Только то, что она вырывает, то, что вытягивает когтистой рукой.

Такой была смерть конунга. Княгиня принесла бы в жертву что угодно своего, лишь бы отвратить от мужа костлявый палец с острым когтем.

Но в мире людей смерть — хозяйка! Все подчинено ей, она неотвратима.

А в Поднебесном царство Вечности! Здесь можно не умирать!

Сильвия не могла помочь конунгу, смерть лишь смеялась в лицо. Но Вечность останется нетленной, и Смерть её не осквернит.

[1] Могильники

Нора и Солео.

Нора решила, что праздник, а главное, предпраздничная суматоха — хороший повод и способ незаметно ускользнуть из дворца и проведать племянницу. Может, со временем, она сможет убедить Алиона и остальных в полной безобидности девушки? Тогда можно будет перевезти ее во дворец, Алеэль ей приходится ровесником, отчего детям не расти вместе? Солео скромная, тихая, послушная. Её детям будет с кого брать пример. Если Солео будет умницей…

Аэр'Дун встретил напряженной тишиной. Вопреки обычному, Солео не спала у зеркала. Мелитель забилась, больно пнув в солнечное сплетение. Нора скривилась, едва не застонав в голос. Нехорошая догадка пробежала тенью по чертам Реи.

Элеонора набросила чары невидимости и заторопилась к племяннице. Каково же было удивление Реи, когда она обнаружила двери запертыми. Кроме того, все возможные защитные чары были взведены и даже Нора почувствовала волну удушающего страха от их количества. Ловко, как умелый воришка, Рея вскрыла замок и проскользнула в комнату, умудрившись не задеть ни одной охранной нити.

Мелитель снова начала биться, словно бы ей не хватало воздуха, и Нора увидела почему. Солео лежала на постели, и казалось, даже не заметила появление гостьи. Её спутывала сразу целая сеть из Ничто. Оставалось только догадываться, где ее заботливый дядюшка такую раздобыл. Рея ощутила ярость. Нора бросилась к девушке, попутно распутывая сеть.

— Всевышний, Соль, что случилось? — Нора едва не стонала, видя, в каком состоянии находится племянница. Чтобы не натворила ее подопечная, ответные меры вызвали в Рее чувство острого бешенства. — Моя маленькая, все хорошо.

Нора обняла, крепко прижимая к себе. Солео молчала, она даже не уткнулась в плечо. Нора насторожилась.

— Милая, что произошло? — Рея начала разговор на родном языке пленницы.

— Скажи, — Солео прочистила горло, — ты ведь всегда знала о приговоре? С самого начала знала?

Нора хотела оправдаться, но что-то ей подсказало бессмысленность затеи. Она с грустью отметила, что девушка сняла ее подарок и теперь кулон лежит на столе.