Книга Появись, появись, страница 33 – Алексия Оникс

Вся дорога обратно проходит в режиме гневного автопилота. Мой мозг — это отдельный дом с привидениями. Я не позволю какому-то дохляку указывать, как мне жить. Я понимаю, что приняла правильное решение, когда подъезжаю к дому и ощущаю прилив спокойствия. Конечно, где-то внутри остаётся тень страха, но её недостаточно, чтобы остановить меня.

С решимостью я поворачиваю ключ в замке, толкаю дверь ногой, поднимаю переноску с Бинксом и вхожу внутрь. Всё выглядит точно так, какя оставила. Честно говоря, не знаю, чего я ожидала — сорванных со стен картин, разбитого стекла, перевёрнутой мебели, может быть?

Глубоко вздохнув, я ставлю Бинкса на пол и прохожу дальше в дом. Дверь оставлена открытой — на всякий случай.

«Где ты, невидимый урод?» — я стискиваю челюсть и сжимаю кулаки по бокам. Ничего не происходит. «Слушай, я никуда не уйду. Так что либо ты отстанешь от меня к чёрту, либо я приведу кого-нибудь, чтобы избавиться от твоей задницы».

Проходит несколько минут, и я остаюсь одна, выставляя себя дурочкой. Когда никакие громовые голоса не приказывают мне убираться и ничто не стукнуло, я делаю ещё один глубокий вдох и решаю обосноваться обратно. Если оно не собирается проявляться, то я просто буду жить своей жизнью. В конце концов, я же и раньше подозревала, что оно здесь всё это время. Происшествие на Хэллоуин было адски страшным, но, перебирая события в памяти, я утверждаюсь в мысли: мне самой оно ничего не сделало. Оно выбросило их вещи, оно среагировало на них. Возможно, ему не понравилось присутствие незнакомцев в его доме. Как интроверту, мне это понятно.

С точностью часового механизма мысль возвращает меня к тому незнакомцу, что ворвался в мою дверь почти восемь месяцев назад. Мой взгляд скользит к лестнице, и в памяти всплывают яркие воспоминания: размытые ступени, маячащие передо мной, пока я цеплялась за жизнь.

«Не отпускай; нам бы не хотелось, чтобы ты сломала эту милую шейку». Эти стиснутые сквозь зубы слова проносятся в моём сознании, посылая мурашки прямиком между ног. Что со мной не так, если меня возбуждает то, от чего я должна была бы трястись от страха и грузить вещи в грузовик? Что бы это ни было, уверена, я уже слышала подобное.

Я поднимаюсь наверх — игнорируя воспоминания о том, как меня славно трахали сзади всего в паре дюймов от того места, где я сейчас стою, — и возвращаю себе свою спальню. Потребуется время, чтобы примириться с мыслью о сосуществовании с призраком, который теперь совершенно ясно дал понять, что он здесь, со мной. Я подхожу к прикроватной тумбочке и достаю косяк, который, к счастью, догадалась заранее скрутить и припрятать. Щелчок зажигалки, бумага начинает тлеть, и я глубоко затягиваюсь. Напряжение мгновенно уходит из тех мест, где я даже не осознавая держала его.

10 ноября 2020 год— неделю спустя

Хотя я снова и снова повторяла себе, что призрак не пытался причинить мне вред, ощутимая враждебность в воздухе той ночи действительно ужаснула меня. Однако с тех пор, как я вернулась, никаких потрясений не было. Спустя неделю я наконец почувствовала, что это снова мой дом. Я даже проспала последние несколько ночей без пробуждений. Я включаю музыку на полную громкость, развешиваю мерцающие рождественские гирлянды нагишом, ни о чём не заботясь — да, в ноябре — и потягиваю тыквенный сидр.