Книга Появись, появись, страница 76 – Алексия Оникс

Я наклоняюсь, чтобы написать ещё что-то, но она резко взмахивает рукой, стирая гладкую матовую поверхность и уничтожая любое пространство, где я мог бы продолжить этот разговор. Пот покрывает её лоб, грудь вздымается в частой дрожи,пока она осмысливает воспринятый обман.

«Я хочу, — с трудом выдавливает она, слёзы уже текут по щекам, — чтобы ты оставил меня в покое. Ты больше нежеланен в этом пространстве. Я хочу, чтобы ты держался от меня подальше».

Будто она ударила меня по лицу. Я сдерживаю порыв смахнуть всё со столешницы в знак протеста. Последнее, чего я хочу, — чтобы она боялась меня, но я чувствую себя абсолютно бессильным. Та пропасть, что образовалась между нами, растёт с каждой секундой, и я лихорадочно ищу способ снова соединить нас.

Она сжимает челюсти, уставившись в зеркало. «Тебе здесь не рады. Тебе не рады в этой комнате, в этом месте! Я возвращаю его себе!». Она повторяет похожие фразы снова и снова, и я чувствую силу этих слов. Напряжение пронизывает моё тело, и меня оттягивает назад силой, куда более могущественной, чем я. Она тянет меня из самой сердцевины, и я бессилен сопротивляться. Как бы я ни боролся, расстояние между нами растёт, пока я не оказываюсь по другую сторону дверного проёма её спальни. Как только я снова обретаю способность двигаться, пытаюсь шагнуть вперёд, но натыкаюсь на невидимую стену. Я давлюсь, я бросаюсь на неё, пинаю и бью кулаками, но всё равно не могу войти. Беспомощно наблюдаю, как она закрывает дверь в ванную, полностью отрезая меня от себя. Паника охватывает меня, пока я мечусь перед барьером, который она материализовала. Тошнотворное чувство накрывает, мысли путаются. Я хочу, чтобы она чувствовала себя в безопасности, хотя мое отсутствие — не тот путь.

«Скай», — бесполезно шепчу я. «Я просто пытался защитить тебя. Разве ты не видишь, что я здесь ради тебя? Я просто хочу заботиться о тебе». Я опускаюсь на колени, борьба угасает во мне, когда убеждённость её слов накрывает меня. Не остаётся сомнений, насколько сильно она хотела избавиться от меня в тот момент. Это осязаемо. Я ещё раз бью кулаком в дверь, и её вздох — новый удар в грудь. «Я просто не хочу, чтобы ты закончила, как она». Признание, которое слышу только я, — ещё один поворот ножа, уже вонзённого Скай в моё сердце.

Всё всегда возвращается к Бекке. Как иначе?

Тяжесть от потери сестры, а теперь и Скай, приковывает меня к полу. Неужели всё, что останется у меня от них теперь, — это мои воспоминания, моё горе?

10 марта 2021 года — тот же день

Я закрываю дверь ванной и скольжу вниз по гладкой поверхности, пока бёдра не касаются плитки. Это прикосновение сбивает меня с края, и слёзы, что я сдерживала, прорывают плотину. Я не знаю, что чувствую — всё слишком. Я ловлю мимолётные проблески того, что, кажется, является гневом, за которым следует смущение, завершаемое страхом. Не знаю, какой вывод ужаснее: что я занималась сексом с призраком или что он лжёт, используя имя Эйдена, чтобы манипулировать мной. Как определить, лжёт ли дух? Невозможно. Прошли месяцы с тех пор, как я видела Эйдена, и, возможно, я больше никогда не увижу.

С моих губ срывается рыдание, и я прикрываю их ладонью. Этот жест бесполезен — он может стоять прямо здесь и наблюдать, как я разваливаюсь. Потенциальное унижение невыносимо. Я закрываю лицо, чтобы хоть как-то защитить эту часть себя. Я пытаюсь разобраться в мутной луже шока, отвращения и предательства, но просеивать этот хаос в поисках ясности бесполезно, когда мысли мечутся, как потревоженный улей.