Книга Баллада о зверях и братьях, страница 183 – Морган Готье

— Что он увидел? —я подаюсь вперёд.

— Армию, подобной которой он прежде не видел, — отвечает она. — Твой отец, генерал Назир и мой брат Эйран провели следующий год, посещая каждое королевство в попытках объединить их.

Это имя мне знакомо, и я вдруг вспоминаю, как Атлас рассказывал мне у стен Драакстена про генерала Назира и моего отца, которые оказались по разные стороны во время Великой войны. После того как его освободили из лагеря, он повёл своих песчаных магов и драконов в последнюю атаку, а затем исчез.

— Мой отец знал генерала Назира?

Её глаза светлеют от того, что я узнала это имя, и она кивает.

— Алем Назир и мой брат были самыми доверенными советниками Энвера и его старыми друзьями.

Это объясняет, почему Энвер так отчаянно боролся за освобождение генерала. Они были друзьями.

— Что произошло, когда они посетили королевства? — спрашивает Эрис, подхватывая нить рассказа.

— Мой брат посоветовал объединённым королевствам выставить дозоры, скажем так — шпионов, у портала в Подземный мир. Как только Дрогон провёл своё нечестивое войско сквозь него, Энвера сразу предупредили. Это было у гор Дурна, где Дрогон обрушил ад на смертный мир.

Она делает глубокий вдох, явно переживая воспоминания, которые годами были погребены в глубинах памяти.

— Я была там. Сражалась бок о бок со своим народом против сил Дрогона. Именно тогда Корвэкс получил свой шрам. Мы обрушили на этих порождений зла всё, что у нас было, несмотря на численное превосходство врага. Месяцами мы вели бой, и всякий раз, когда казалось, что мы выигрываем, Дрогон получал подкрепление. На пятом месяце войны я увидела, как погибает моя тётя. Потеря была невыносима, и я заболела так сильно, что несколько дней не могла встать с постели. Энвер страшно волновался и привёл целительницу из Бавы, чтобы она меня осмотрела. Тогда мы и узнали, что я жду тебя.

Она смотрит мне в глаза и дарит тёплую улыбку.

— Мы с твоим отцом тайно обвенчались до начала Великой войны. Если бы мы и впрямь столкнулись с концом смертного мира, мы поклялись встретить его как муж и жена.

— Что произошло, когда вы узнали, что ждёте Шэй? — Эрис подаётся вперёд, опершись локтями на колени, полностью поглощённая рассказом моей матери.

— Я приняла самое тяжёлое решение в своей жизни, — шепчет она. — Я согласилась покинутьпередовую и вернуться в Эловин. Этого просил Энвер, и я не могла ему отказать. Хотя… — она смеётся, её глаза увлажняются, — мы с Энвером целую неделю спорили об этом, потому что я не хотела его покидать. Он напомнил мне, что я не первая женщина, отправленная домой из-за беременности, и что я не дезертирую — я дарю нашему нерождённому ребёнку шанс выжить. Ранее никогда не рождался ребёнок с кровью и ледяных эльфов и Целестиалов. Ты должна была быть защищена любой ценой.

— Кто-нибудь знал? — спрашиваю я, не в силах сдержать любопытство.

— Кроме Алема и Эйрана, мы держали это в тайне. Но когда я готовилась к отъезду, мой отец узнал, что я беременна и тайно вышла за Энвера. Он пришёл в ярость, и моему брату пришлось удерживать его, чтобы он не напал на меня, — признаётся она. — Но впервые в жизни мне было всё равно, что он думает. Я была благословлена ребёнком — явление редкое среди ледяных эльфов. И не просто ребёнком — ребёнком Целестиала.