Книга Поцелуй на удачу, страница 91 – Кира Крааш

— Нашел, — констатировала я в ответ. — А зачем?

Парень взъерошил светлые волосы, от чего идеальная укладка растрепалась.

— Я хотел поговорить, — произнес он как-то неуверенно.

— Говори, — кивнула я на лавку рядом с собой.

Лекарь сел и некоторое время молчал. Я вязала, не торопя его и не совсем понимая, что ему от меня нужно.

— Я бы хотел перед тобой извиниться, — вдруг произнес Эгилл, и я от неожиданности чуть петлю не пропустила.

— Зачем? — подняла глаза на парня, чье красивое аристократическое лицо отражало серьезные душевные метания.

— Я был предвзят, — медленно проговорил он. — И был несправедлив. И я знаю, что тебя это мало волнует, но хочу, чтобы ты понимала, я не специально… Просто наша команда для меня почти как семья. И мне было сложно принять нового человека, тем более девушку.

Я медленно и осторожно вытягивала потерянную петлю обратно, не совсем понимая, стоит ли отвечать, и если да, то что.

— Но ты оказалась не такой, как я представлял себе. Пожалуй, ты не такая, как большинство девушек.

Тут я еле сдержалась от хмыканья — еще бы не такая. Мало кого воспитывал настоящий генерал. Да, наверное, вообще-то никого из девиц во всей империи.

— Я надеюсь, мое поведение не повлияет на твое решение, — негромко проговорил он. — Я был бы рад, если бы ты осталась с нами.

— Я еще ни разу не выходила с вами на полноценное соревнование, — заметила я. — Может оказаться, что я не подхожу вам вовсе.

Эгилл усмехнулся, в одно мгновение вернув себе тот образ высокомерного неприятного типа, с которым я познакомилась.

— Если бы ты нам не подходила, Виктор бы ни за что не позволил тебе идти с нами в бар.

Я кивнула:

— Наверное, не думала об этом. Но в любом случае спасибо, что объяснился.

— Тогда до встречи на полигоне, — просиял Эгилл.

— Довстречи, — улыбнулась я.

Я провожала его взглядом, а сама прокручивала в голове этот странный разговор.

Виктор бы ни за что не позволил тебе идти с нами в бар…

Но бар — это же всего лишь место, правда? Что в нем такого особенного? Личного?

Может быть ничего и фраза, которую Эгилл хотел сказать, на самом деле должна звучать иначе?

Виктор бы ни за что не позволил тебе входить в нашу личную зону.

Получается, я что, уже стала частью команды?

У команд по аэрену не было никаких особых форм, а чтобы не путать своих и чужих на полигоне каждому игроку выдавалась цветная повязка.

У нас это был благородный белый цвет, и каждый лепил его куда хватало фантазии. Я повязала на левую руку повыше локтя, Виктор — на правую. Эгилл сделал что-то вроде куцего шарфа на шее, Микаэль — повязку на лоб, а Стефан — бантик на груди.

Процесс происходил в небольшом домике возле полигона. Тут когда-то была полноценная раздевалка, но за домиком давно не ухаживали. А может и не давно, а просто никогда, так что парни приходили сюда просто перед тренировкой кинуть вещи и немного посидеть после.

Было ощущение, что вездесущий завхоз сюда не добирался из принципа, потому что я не верила в такую избирательную слепоту. Ну в самом деле — по стеклам в редких окнах можно было писать пальцем. А что там в темном углу вошкалось я в принципе не хотела знать.

— А почему нет формы? — задала я резонный вопрос, наблюдая за тем, как парни прилаживают знаки различия. — Нам — красное, северянам — синее…