Книга Тень Тьмы, страница 80 – Никки Сент Кроу

Я обхватываю запястье Тилли, и прикосновение возвращает меня назад за несколько мгновений.

– Ты предала меня, – говорю я Тилли. – Как и твоя грёбаная мамаша.

Она с криком вгоняет клинок глубже, и я кашляю кровью.

– Дай мне ракушку! – орёт Вейн.

Я рад его видеть чуть ли не до слёз – вынимаю ракушку из кармана и бросаю ему.

Вейн ловит её, приподнимает, и моя тень постепенно вырастает в дальнем углу библиотеки.

Тилли выдёргивает из моего тела клинок и бросается к Вейну, но как раз в этот момент её братья вбегают в комнату и блокируют ей путь.

Моя тень выпрыгивает из угла и исчезает в раковине.

Вейн поворачивается ко мне и швыряет ракушку назад.

Когда я ловлю её в воздухе, рука дрожит от слияния энергий.

Я бросаю ракушку на пол, давлю сапогом и опускаюсь над обломками на четвереньки.

И моя тень наконец возвращается ко мне.

Баш

Наша сестрица бросает взгляд на Пэна, заново обретшего тень, и выпрыгивает из ближайшего окна.

Никогда не думал, что стану свидетелем того, как королева фейри сбегает, поджав хвост, но, чёрт возьми, мне нравится видеть нашу сестру побеждённой.

Я весь в крови пиратов и фейри. Кровь собратьев-фейри ярко сверкает, когда на неё под определённым углом падает свет.

Не знаю, готов ли я сражаться с собственным народом, но, думаю, мне нужно побыстрее принять эту мысль, если я хочу свергнуть сестру.

Пэн всё ещё стоит на четвереньках, тяжело дыша и выгнув спину.

Вокруг него странно колеблется воздух.

Я не помню, каким он был со своей тенью. Всё это было в далёкие времена, задолго до меня.

Но меня не удивляет, что Пэн с тенью и без отличается примерно как солнечный день от бушующей бури.

Я чувствую энергию: она взлетает вверх по рукам и скатывается вниз по позвоночнику.

Вдруг испытываю огромное желание преклонить колени.

Похожее чувство у меня было, когда отец облачился в парадное одеяние монарха в день солнцестояния у фейри.

Нечто большее, чем я сам. Нечто невыразимо волшебное.

Когда Пэн поднимается на ноги и медленно распрямляется во весь рост, я давлюсь воздухом.

Ох чё-ё-ё-ёрт.

Он выглядит так же, он остался того же роста и телосложения, но каким-то образом сделался гораздо больше.

По рукам бегут мурашки. Волосы на затылке встают дыбом.

Теперь я знаю, что выбрал правильную сторону.

Пэн и в прежние дни мог быть грозен, как Сатана. А с тенью?

На острове всегда ходили слухи, что он бог. Никто не знает, откуда он взялся, в том числе и он сам.

Теперь я думаю, что стоило верить слухам.

Теперь я склоняюсь к мысли, что, возможно, это правда.

Ещё толком не осознав, что делаю, я обнаруживаю себя на коленях на полу. Брат опускается на колени рядом со мной, у нас за спиной Крюк всё ещё сидит в углу, сжавшись в комок.

– Что, чёрт возьми, мы делаем? – шепчет Кас.

– Да если бы я знал.

– Если ты думаешь, что я тебе поклонюсь, – говорит Вейн, – ты крупно ошибаешься.

– Поднимайтесь, – говорит нам Пэн.

Мы с Касом встаём, и Пэн подходит к нам. Я стараюсь больше не вжимать голову в плечи, как какой-нибудь дрожащий недоумок. Я так-то тоже по праву король. С какого хрена мне ему покоряться?

Надо бы пересмотреть моё мнение о Пэне теперь, когда он вернул свою тень.

– Спасибо, – говорит Пэн, и, я клянусь, его голубые глаза светятся ещё ярче.

– Мы сделали свой выбор, – отвечает Кас, и я согласно киваю.