Онлайн книга «Райя безжалостного командора. Шанс на счастье»
|
Возвращает в реальность.Я словно выныриваю из безумства. И больше нет ярости. Больше нет жестокости. Нет ничего, что делает меня потомком рай-ши… Я снова собран, холоден. Я снова соображаю. И понимаю, что мне нужно действовать быстрее. И так сделал недопустимое. И так привлёк слишком много ненужного внимания. Сейчас мне просто нужно убрать её подальше от себя. Быстро. Без сожалений. Этого спокойствия мне хватит ещё ненадолго. Так что теперь нужно это сделать. Прямо сейчас. Открыть дверь и передать в руки другому. Да. С этого мгновения она – чужой сосуд. И я говорю ей это собранно, чётко, не допуская сомнений… Я отдаю… Ненавижу вспоминать этот момент! Удар. Ещё удар… Тяжело дыша, оглядываю хлам, в который я превратил тренировочный зал. Наверное, мне и правда лучше сейчас на Марис… Глава 17 Ши-Ран Я не спал сегодня ночью. Не мог. Я смотрел. Дышал ею. Точнее пытался надышаться. Потому что это было невозможно. Мне хотелось сжать её со всей силы и вжать куда-то в себя. Под кожу. Где точно безопасно. Где её точно никто не заберёт. Где она сама не сможет от меня отстраниться, сбежать, спрятаться, оттолкнуть… Потому что это было невыносимо. Невыносимо держать дистанцию. Невыносимо не иметь возможности сказать ей то, что я хотел бы сказать. И сделать. Но сейчас было не время… После того, как выжал себя на тренировке, быстро закончил с документами и всё же пришёл к ней. На самом деле, конечно, мне хотелось бы сразу идти к ней. Сразу, как она оказалась в моей каюте. Ворваться, кинуться к ней, поднять на руки, прижать, сжать до хруста тоненьких позвонков… Но было нельзя. Мне нужно было ещё немного времени… А та ярость, которую я испытывал после убийства медиков, что пытали её, как всегда пробудила похоть. Сводящее с ума желание успокоиться ею. Так, как было у нас с ней раньше. Когда она без слов понимала, что мне нужно. А мне казалось, что я начинал понимать её… Теперь же казалось, что с того момента прошло слишком много времени. Будто какая-то прошлая жизнь, в которую уже не вернуться. Но воспоминания были такими яркими, что я был опасен для неё в таком состоянии. Мне нельзя было к ней таким. Я не хотел ещё больше пугать её. Хотя иногда думалось – ну куда уж больше… И все свои тёмные желания в итоге я выплеснул до того, как войти в каюту, приняв спокойный, почти безразличный вид. Потому что не время. Понимал ли, что я, что она злится на меня? Я понимал. Понимал ли, что после этих жутких пыток (которых НЕ ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ!) она подавлена и испугана. Ещё как. Понимал ли, что я вряд ли могу её успокоить при таких вводных? Ну я же не идиот. По этим причинам мне не стоило приходить к ней в каюту. Вообще к ней приближаться. Пока… Но мне нужно было убедиться, что с ней всё в порядке. Я должен был увидеть своими глазами. Услышать своими ушами. Потрогать. Ведь я уже доверил её и получается… обманул… Я давал ей слово, что не случится плохого. А оно случилось. Из-за меня. Я был виноват. Я. Медики клялись, что не знали изначально о такой её реакции, что такого никогда не было, поэтому поверили не сразу… Впрочем, они поплатились и за это. И за то, что пытаясьменя запутать, нашли новые оправдания для себя, пытаясь убедить, что они вообще её спасали таким способом. Спасали. Как же. Вот только даже если по факту пытали её они, а я не знал, вина за это всё равно лежала на мне. |