Книга Райя безжалостного командора. Шанс на счастье, страница 94 – Кира Райт

Но мне так не хотелось сейчас снова ругаться. Упрекать его в том, над чем он не властен. Или отталкивать из-за обиды, под которой по факту не было его вины. Точнее возможно, он действительно просто не считал меня чем-то важным, поэтому и забыл. Но я своими глазами видела то, во что он превратился на той огненной планете. Чудо, что он жив. А память…

Командор чуть наклонился, и теперь между нашими лицами осталось буквально несколько сантиметров. Я тихо выдохнула, а он поймал мой выдох губами. И легонько прикоснулся к моим. Словно пробуя на вкус, на ощущения.

Сначала я замерла с непривычки. Он раньше так не делал. Всегда целовал как-то собственнически что ли, словно на все сто был уверен, что я принадлежу ему целиком. А сейчас… Будто бы спрашивал разрешения, будто сомневался, не оттолкну ли, и хотел сам понять, что чувствует. Поэтому я позволяла ему, приоткрыв губы и невесомо отвечая.

Каждое мягкое и лёгкое касание отдавалось внутри теплом. Наше дыхание смешивалось. Его пальцы нежно поглаживали моё лицо. И я откликалась на эту ласку, потому что она была мне необходима.Казалось, что если он сейчас отодвинется, то я задохнусь.

Но спустя несколько десятков секунд командор стал чуть смелее. Теперь это были не просто касания, это был нежный, почти целомудренный, но поцелуй. И я ответила на него своей нежностью, помимо того ласково обнимая его за шею и перебирая пальчиками его волосы, стремясь к нему навстречу всем телом, надеясь раствориться в нём.

И тогда он углубил поцелуй, толкаясь внутрь языком. От его вкуса у меня закружилась голова, а с губ сорвался тихий стон ему в рот. Командор резко замер, а потом медленно отодвинулся, заглядывая мне в глаза и убеждаясь, что это не был стон боли. Выдохнул. А в его глазах зажглось что-то, что показалось мне давно знакомым…

Ещё раз коротко, но уже куда более уверенно он прижался к моим губам, после чего словно нехотя отодвинулся и… лёг с другой стороны кровати. Я последовала его примеру, прижав ладошку к губам и стараясь выровнять сбившееся дыхание. Но когда погас свет, не выдержала и развернулась к нему.

Он тоже смотрел на меня некоторое время. А потом… чуть приподнял руку, будто бы приглашая к себе поближе. Этот жест выглядел несколько инородным меду нами. Обычно он брал то, что хотел, а не предлагал мне выбор. И почему сейчас действовал иначе, я не знала наверняка. Но в общем-то мне сейчас были безразличны его мотивы.

Я понимала, что сейчас почти на грани. И чтобы удержаться и не сорваться, приняла бы не только это предложение. Поэтому привычным движением скользнула в его объятия, обнимая за талию и прижимаясь щекой к его груди. Его руки нежно обняли в ответ и замерли.

Командор молчал. Я тоже молчала. Только слушала, как бьётся его сердце. Громко, ровно, уверенно. Будто бы не оно горело в вулканах. И как трепещет моё – уставшее, обессиленное, сбивающееся с ритма…

– Я не знаю, что должен сказать, – вдруг прозвучал в полной тишине его голос, а руки на моей спине чуть сжались.

– Тогда ничего не говори, – прошептала я, зажмурившись.

Выяснять отношения, слушать упрёки, что я сама себе всё придумала, а он не может полюбить никого, и меня – тем более, или что он вовсе не знает, кто я, сил не было. Всё, чего мне хотелось прямо сейчас – покоя. Хотя бы каплю покоя и спокойствия.