Книга Двое и «Пуля», страница 22 – Галина Чередий

— Ладно, думаю, мы так и сделаем. — беспечно заверил его головорез. — Спасибо за информацию и совет, Руди.

— Да не зачто, Киан. С вас сорок три единицы за аренду порта, плюс двадцать три единицы за каждые следующие сутки.

Изображение диспетчера исчезло, а вместо него выехала объемная голограмма терминала для оплаты. Рука моя откровенно тряслась, когда я подносила ее с коммом к окошку оплаты. Вот как придёт сейчас отказ операции потому что на счету ни одной единицы или затребует пароль даже на такую сумму и что тогда?

Однако, раздался мелодичный тихий звук, оплата прошла успешно, плюс на экране кратко высветилось сумма остатка средств, от которой у меня изумлённый выдох вырвался. Пятьдесят тысяч двести три единицы! Это же немыслимые просто деньжищи! Ну для меня по крайней мере, учитывая, что  личных средств никогда не было стараниями отца.

— Рот закрой, метеор залетит. — фыркнул головорез. — Я же говорил, что заплатил твоему папаше. Хотя, судя по сумме, у него и своего заханырено было нормально так.

Я, все ещё не веря в реальность всего, повернулась к нему и тут же вспомнила о недавно пережитом страхе.

— Ты хоть соображаешь, как подставить меня мог?

— С какой это стати? — Киан отвернулся и плюхнулся в соседнее кресло.

— Да с такой, что на борту могло что угодно найтись! Это же корабль моего отца бывший! А он чем только не занимался и любую фигню тут спрятать мог. Хоть оружие, хоть наркоту или ещё что-нибудь запрещенное!

— Ой, да расслабь булки, Рама-Си независимая станция. — пренебрежительно отмахнулся мерзавец.

— И что?

— И то, дремучая ты девушка, что список категорической запрещенки для кораблей стыкующихся с независимыми станциями  куда как меньше, чем тоже самое на планетах и станциях Федерации. Это раз. — изображая всем видом насмешку над моими психами Киан принялся загибать пальцы. — Пока ты не попытаешься это самое оружие или наркоту на станцию протащить, их наличие на борту вообще никого тут не колышет. Это два.  Да и найдись у тебя что-то реально криминальное, я бы почти сто процентов этот вопрос разрулил, не щекотись. Это три.

— Почти сто?! — возмутилась еще сильнее. — То есть, если бы не удалось, то ты бы сделал мне ручкой и свалил, пока бы меня заламывали и в тюрьму сажали?

— Да что у тебя на любом пустом месте трагедия, а, Лав? Даже если бы и посадили, посидела бы чуть, пока я не разрулил. Насамый крайний случай, не такие тут тюрьмы, из которых за пару сотен единиц нельзя было бы сбежать.

— Сбежать? И потом тоже отовсюду бегать, потому что буду в розыске?

Я, блин, не для того из чертовой родной дыры вырвалась, чтобы потом всю оставшуюся жизнь продолжать бегать.

— Да кому ты сдалась, искать тебя по всему космосу обитаемому? — небрежно отмахнулся головорез. —  К тому же, в местной тюрьме кормят отменно, а тебе не помешало чуток отожраться, кожа да кости. Смотреть же тошно.

Посмотрела бы я на тебя, придурок, если бы ты пожил с моим папашей, на что бы стал похож, бугай здоровый.

— Насчет кормежки ты из личного опыта знаешь? Так и знала, что ты уголовник прожженый! — огрызнулась я. — И очень мне надо, чтобы такие, как ты своими буркалами бесстыжими во мне дырки протирали!

— Стыкуйся давай, только без этих своих выкрутасов, аккуратненько. Знала она… чего ты вообще знаешь, кроме жизни в вашей вонючей крысиной норе.