Книга Двое и «Пуля», страница 77 – Галина Чередий

— Но зачем? — изумилась я, когда мы с Кианом отправились в обратный путь. — На кой черт кому-то могут быть нужны данные “Пули”? Что может быть в них ценного, учитывая, что последние два десятка лет корабль не летал дальше орбиты Рагунди?

— Разберемся. — буркнул Киан. — Этот взломщик не похож на того, который пытался “Пулю” сканировать.

— Не похож. — согласилась я и до самого номера мы шли молча.

— Запроси у искина информацию по файлам, в которые хотел влезть этот му… мужик. — велел мне он, как только двери за нами закрылись.

Оказалось, что интересовался взломщик совсем уж старьем.

— В первую очередь он запрашивал сведения о прошлом капитане корабля, с точной биометрией и ДНК-слепком. — было ответом ИИ.

— Хм… Ну и на кой кому-то информация о Ральфе? — озадаченно почесала я висок. Почему-то больше называть того человекаотцом мне не хотелось категорически.

— Была запрошена информация о прошлом капитане. — снова зачем-то повторил искин.

— Я поняла. То есть, не поняла все равно, зачем Ральф кому-то.

— Ральф являлся регент-капитаном, капитан Лаванда. — бесстрастно исправил меня ИИ.

— Кем? — не поняла я.

— Регент-капитан — временно исполняющий обязанности капитана по причине его отсутствия. — проворчал мне хмурый Киан. — На армейских кораблях по-крайней мере так. Пуля, озвучь данные своего прошлого капитана.

— Подтверждаю запрос. — сказала я, предвосхищая уточнение ИИ.

— Капитан Жасмин из рода Палеса. Ваша биологическая мать, капитан Лаванда.

— Жасмин из рода Палеса. — прошептала я совершенно ошарашенная. — Капитан.

— Так точно. — согласился ИИ.

— И я капитан. А о… Ральф, выходит, был только этим… регентом…

— Ваши наследственные права на владение кораблем были внесены в мою базу сразу после вашего рождения и были активированы обычным порядком — сверкой ДНК.

— Погоди! — уровень моего офигея уже зашкаливал. — То есть, “Пуля” всегда была моей? Достаточно было просто кровью права активировать? Даже отцовские отменять не обязательно было?

— Наследственные права доступны были к активации с момента достижения вами шестнадцати лет.

Эта информация навалилась на меня неимоверной тяжестью и буквально размазала под собой. Четыре года! Еще четыре года назад я могла в любой момент сесть в свой корабль и убраться от урода Ральфа и всех ублюдков Рагунди на край Вселенной и он бы никак не смог помешать мне! Четыре проклятых года, за которые со мной произошло столько дерьма! Четыре проклятых года!

— Лав? — Киан присел перед кроватью на корточки и заглянул мне в лицо. — Эй, цветик, ты чего? Чего ты ревешь?

30)

— Что тебе на самом деле от меня нужно, Киан? — хрипло спросила в широкую спину мужчины и он вздрогнул и обернулся, оторвавшись от большого экрана медиа блока.

— М?

Прошло уже около получаса в тишине, пока я сквозь ресницы наблюдала за тем, как по одной половине экрана мелькают фото людей и по ним скачут точки сравнения с застывшим изображением проникшего на “Пулю” взломщика. Истерика моя стихла сразу, как только Киан решительно поднял меня и боком, не так как раньше, усадил себе на колени, снял с ног ботинки и прижал к себе, начав зачем-то монотонно раскачиваться. Я видела, как наши соседи так детей своих укачивали. А еще что-то такое глубинное во мне от этого родилось. Или проснулось. Да, скорее проснулось. Как если бы вот так — тепло, безопасно, утешительно уже было у меня. Но ерунда ведь. Отец сроду меня на руках не держал, а успокаивал разве что подзатыльником. Вот я и оцепенела будто, слезы высохли, веки набрякли, шевелиться не хотелось. Позже Киан молча переложил меня на кровать, укрыл, рядом зашуршало и я уже была готова к тому, что он разденется и ляжет рядом. Дотронется. Сонливости вмиг не стало, внутри тягуче потянуло.