Книга Одержимость. Заставлю тебя, страница 97 – Леся Эм

Соня вскользь встретилась взглядом с Ильёй и тут же отвернулась снова в окно, стараясь не выдать страх, что метался в груди, и отчего сердце ускорилось за секунду.

Парни говорили непринуждённо о своих делах. Илья улыбался, смеялся и даже шутил. Артём вёл себя, как всегда, и можно сказать, находился в приподнятом настроении. Вчерашнее происшествие, видимо, его вообще не волновало. Более того, пугало по большей степени то, что это его, возможно, даже радовало.

Если вчера вечером Соня сомневалась насчёт безрассудной исповеди Илье, внутренне надеясь, что Артём раскаивается и просто психанул, то сейчас всё выглядело иначе. И впервые ей стало страшно не оттого, что окажется с ребёнком на руках без отца, как её мать, а от того, что в этом случае Артём действительно никогда её не отпустит.

⁃ Не, я на работу после шараги, ⁃ уловила Соня последнюю часть разговора в виде ответа от Артёма и удивлённо оглянулась. Он поймал взгляд и улыбнулся.

⁃ А, да? Тебя всё-таки взяли на постоянку? — спросил Илья.

⁃ Ага, обучение закончилось, стану трудиться по полдня после занятий, как честный гражданин, — пояснил ему друг.

⁃ Ну, круто, поздравляю! Теперь будешь весь в делах — порадовался Илья, но почему-то в егофразе Соня уловила радость не за друга. У неё и у самой засветился огонёк надежды, что встречи с Артёмом сократятся. Но стоило им остаться наедине, как парень тут же вдребезги уничтожил его своим заявлением:

⁃ Хочу, чтобы ты переехала ко мне.

Соня такого не ожидала и даже не сразу нашлась, что сказать. Парень пояснил вперёд:

⁃ Раз я буду работать после учёбы, мы вообще встречаться перестанем.

⁃ Мы же будем видеться каждый день в колледже, — подсказала она ему.

Улыбка Артёма сползла с лица:

⁃ Ты поняла меня! — отозвался хмуро, и до Сони дошло, что речь шла совсем не про встречи, как таковые.

⁃ Мы можем… — постаралась она собраться. — Можем встречаться на выходных.

⁃ Сонь! — повысил Артём голос.

⁃ Бабушка такого не поймёт! — заволновалась.

⁃ Ладно, давай тогда для начала пару раз в неделю, как раньше. А дальше решим…

⁃ Бабушка… — хотела она снова прибегнуть к отговорке, что та не одобрит такое. Особенно, теперь, когда знает про него и наверняка уже догадалась, что нет никакой подружки. Но Артём выразился яснее:

⁃ Бабушке придётся смириться!

И по выражению его лица становилось понятно, что разговор на этом закончился.

Илья сказал ему нужно время придумать, что делать, а пока Соня должна вести себя как обычно, и не вызывать лишних подозрений. Ей, впрочем, ничего другого и не оставалось, да она собственно до конца и не верила, что Илья может как-то повлиять на ситуацию, хотя он и заверил, что ему есть к кому обратиться. Подробностей не раскрывал, но Соня догадалась, что речь шла об отчиме. Он, по слухам, был при деньгах и связях. Но согласится ли помогать какой-то непонятной девочке? Зачем ему это надо? Навряд ли Илья расскажет, из каких виноватых побуждений сам к такому пришёл. Но надеяться продолжала.

Артём, как и предсказал Илья, ушёл в перегруженный режим. Несколько раз просыпал первые пары, а как-то вообще не пришёл на занятия. Пытался выманить Соню к себе на ночь, но она всё-таки выпросила дать бабушке хотя бы неделю прийти в себя, пообещав взамен, что в выходные устроят нормальное знакомство. Но в душе Соня ждала, что за это время Илья придумает план, поэтому бабушке ничего не рассказывала. Они вообще мало говорили. Ба на неё лишь косо и разочарованно посматривала, а Соня пряталась в своей комнате, чувствуя вину и угрызения совести, что не оправдала надежды. Вечерами подолгу лежала, смотря в одну точку на стене. Пыталась заниматься учёбой, поменьше думать об Артёме и о том, что будет, если Илья не сможет помочь. Но первый не уставал о себе напоминать. Стал часто писать в мессенджере. Спрашивал «что делаешь?». Желал «спокойной ночи». А иногда даже присылал «скучаю по тебе», — и добавлял сердечко в конце сообщения. Чёрное, как его собственное.