Книга Высшая математика, страница 39 – Леся Эм

“Под лестницей”

Не успев заблокировать экран, подняла руку, чтобы отпроситься выйти. Бежала к месту встречи почти вприпрыжку. Интересно, насколько он зол по шкале от 0 до 10? На 15? Думала, будет ходить, как лев в клетке в ожидании меня, но Кирилл просто сидел на ящике, копаясь в телефоне с безразличным видом.

– Привет! – обозначила своё появление. Поднял на меня пустые глаза и снова уставился в телефон.

– На, – жалкое слово в 2-е буквы, после которого протянул руку с сиротливо лежащей на ладони розовой жемчужиной. Осторожно взяла её.

– Спасибо! – невпопад произнесла и замерла, вспомнив, что обычно подразумевалось под этим словом. Он тоже завис на секунду, а может, засмотрелся на картинку в телефоне, но затем снова вернулся к пролистыванию ленты новостей. Я потопталась на месте. Пауза затянулась. Вспомнила, что решила к его возвращению задания по матану на среду.

– Домашку могу на перемене отдать, я с утра забыла.

Застыл с пальцем на экране и поднял взгляд. А я вспомнила, почему забыла, и отвела свой в сторону. Больше злорадствовать не хотелось.

– Домашка не нужна, – удивил Аксёнов, а на вопрос в глазах пояснил: – родители наняли репетитора, буду решать с ней теперь.

– Понятно… –отозвалась я, которая должна была прыгать от радости, ведь рабство, наконец, закончилось. Но, вместо этого, стояла перед парнем с видом потрёпанного телефона, который обменяли на лучшую модель. Собиралась уходить, когда Кирилл снова подал голос:

– Так значит, мне от Матвея ждать открытку с благодарностью?

Обернулась и увидела холодную усмешку на лице, которую одногруппник решил добить следующим: – и кто всё-таки лучше целуется? Я или он?

Разговор мгновенно стал неприятен. Почувствовала себя какой-то шлюхой, «гулящей» одновременно с двумя. Но ведь всё было не так. Кирилл шантажировал и заставлял, а Матвей предложил встречаться и поцеловал перед всеми.

– Ладно, забей, будьте счастливы дети мои, благословляю вас и ваш союз, – едко выплюнул мне в лицо. Урод.

– Мне твоё благословение не нужно! – пробормотала под нос скорее себе, чем ему. Снова развернулась, чтобы уйти, но Кирилл остановил. А слова, которые произнёс… тон, каким их произнёс, выбросили окончательно из равновесия:

– Он что, правда тебе нравится? – голос прозвучал с надеждой. С надеждой, что скажу, нет? – Ты же отвечала мне, тогда на балконе! Я же не дурак, – и снова былой яд: – или кто поманит, к тому и бежишь?

Зависла, рассматривая его напряжённое злое лицо. Как он позволил только себе такое произнести? Тот, кто всю прошлую неделю развлекался с какой-то там секретаршей Палыча. Что тут же на эмоциях и объявила:

– И это мне говоришь ты? На кого папа укажет, на ту и прыгаешь?

– Что?

Кирилл выглядел настолько удивлённым, что я даже растерялась, а когда, спустя секунд 10 засмеялся, и вовсе заставил почувствовать себя дурой:

– Я, вообще-то, на соревнованиях был. А ты что напридумывала, Малявка? Ревновала, получается? – будто собрав сложный пазл, Кирилл лопался от гордости. И хотя ощущала себя идиоткой, почувствовала облегчение, даже успела допустить глупую мысль, что правда ему нравлюсь, а эта агрессия – просто защитная реакция. Ровно до того момента как он продолжил: – так и знал, что ты потекла у Светки. Если бы не Ольга, прям там бы дала.